Она говорила со слезами на глазах, мой милый, со слезами на глазах! Разумеется, я тотчас переменил разговор. Как же теперь опять воротиться к этому предмету деликатно, не заставляя ее плакать? А мы должны воротиться к нему, не для меня, я очень рад жениться на ней прежде и слышать о ее семейных несчастьях потом. Но я знаю мистера Брока. Если я не смогу сообщить ему удовлетворительных сведений о ее родных, когда напишу ему об этом (а я, разумеется, должен это сделать), он, конечно, выскажется против. Я, разумеется, завишу сам от себя и могу поступить как хочу, но милый старик Брок был таким добрым другом моей бедной матери и таким добрым другом для меня… вы понимаете, что я хочу сказать?
– Конечно, Аллан. Мистер Брок был для вас вторым отцом. Всякое разногласие между вами в таком серьезном деле, как это, было бы самым печальным обстоятельством, какое только могло бы случиться. Вы должны уверить его, что мисс Гуилт – в чем я совершенно уверен – достойна, во всех отношениях достойна…
Голос его замер против его воли, и он не кончил фразу.
– Я сам это чувствую, – начал Аллан. – Теперь мы можем перейти к тому, о чем я особенно желал посоветоваться с вами. Если бы вы были на моем месте, Мидуинтер, вы сумели бы сказать ей все как следует. Вы сказали бы это деликатно, даже если бы начали совершенно издалека. Я не могу этого сделать. Я болтлив и ужасно боюсь сказать что-нибудь такое, что огорчит ее. Семейные несчастья – такой щекотливый предмет, особенно с такими утонченными и нежно сердечными женщинами, как мисс Гуилт. Может быть, в ее семействе была какая-нибудь страшная смерть, может быть, какой-нибудь ее родственник обесславил себя, какая-нибудь адская жестокость принудила бедняжку пойти в гувернантки. Мне пришло в голову, не может ли майор помочь мне. Может быть, он знал о семейных обстоятельствах мисс Гуилт, прежде чем нанял ее?
– Это возможно, Аллан.
– Именно так, как думал я! Мое мнение – поговорить с майором. Если бы я мог узнать ее историю сначала от него, я лучше бы стал говорить об этом с мисс Гуилт потом. Вы советуете мне попробовать спросить майора?
Мидуинтер отвечал не тотчас и отвечал не совсем охотно.
– Я, право, не знаю, что посоветовать вам, Аллан. Это очень щекотливый предмет.
– Я думаю, что вы обратились бы к майору, если бы были на моем месте, – возразил Аллан, возвращаясь к своему обыкновенному способу задавать вопросы.
– Может быть, – отвечал Мидуинтер все неохотнее. – Но если бы я говорил с майором, я поступил бы очень осторожно на вашем месте, чтобы не поставить себя в фальшивое положение. Я остерегался бы позволить подозревать меня в низости стараться допытаться секретов женщины тайно от нее.
Лицо Аллана вспыхнуло.
– Боже! Мидуинтер! – воскликнул он.