Автор
В умеренном немецком городке Вильдбад на вольгутных берегах озера привлекают путешественников. Вечерний сумрак над спокойной водой создает атмосферу загадочности и опасности. Три важные фигуры - бургомистр, доктор и трактирщик - ждут первых посетителей нового сезона, каждый стремясь к своему собственному выгодному исходу....
Он настойчиво добивался показаний управителя, и убеждение все тверже и тверже складывалось в его уме, что это показание было ложно и что в этом замешана его жена.
– Майор в Норфолке, – спросил он, – или с дочерью в Лондоне?
– В Норфолке, – сказал Бэшуд.
Ответив этими словами на вопросительный взгляд Аллана, а не на вопрос Мидуинтера, Бэшуд колебался, в первый раз посмотрел Мидуинтеру прямо в лицо и вдруг прибавил:
– Я не согласен, чтоб меня подвергали допросу, сэр. Я знаю, что сказать мистеру Армадэлю, и не знаю ничего больше.
Слова и голос, которым они были сказаны, не походили на обычный разговор Бэшуда. На его лице было выражение угрюмого уныния, а в глазах ненависть и отвращение, когда он смотрел на Мидуинтера, и это Мидуинтер сам приметил теперь. Прежде чем он успел отреагировать на обычную вспышку управителя, вмешался Аллан.
– Не считайте меня нетерпеливым, – произнес он. – Но уже поздно, а до Гэмпстида далеко. Я боюсь, что лечебница будет заперта.
Мидуинтер вздрогнул.
– Неужели вы поедете в лечебницу сегодня? – воскликнул он.
Аллан взял руку своего друга и крепко ее пожал.
– Если бы вы любили ее так, как я, – шепнул он, – вы не захотели бы ожидать, вы не смогли бы заснуть, пока не увиделись бы с доктором и не выслушали все хорошее или плохое, что он мог бы вам сказать. Бедняжечка! Кто знает, если бы она только могла увидеть меня живым и здоровым…
Слезы выступили на его глазах, и он молча отвернулся. Мидуинтер посмотрел на управителя.
– Отойдите, – сказал он. – Мне нужно поговорить с мистером Армадэлем.
"В его глазах было что-то такое, с чем опасно было шутить. Бэшуд отошел так, что ему нельзя было слышать, но видеть происходящее он мог. Мидуинтер с любовью положил руку на плечо друга.
– Аллан, – сказал он, – я имею причины…
Он остановился. Мог ли он назвать эти причины, прежде чем понял их сам, да еще в такое время и при таких обстоятельствах? Невозможно!
– Я имею причины, – продолжал он, – советовать вам не слишком верить тому, что мистер Бэшуд вам говорит. Не передавайте ему этого, но послушайтесь моего предостережения.
Аллан с удивлением посмотрел на своего друга.
– Но вы всегда любили мистера Бэшуда! – воскликнул он. – Это вы доверились ему, когда он в первый раз пришел в большой дом!
– Может быть, я ошибался, Аллан, а вы были правы. Хотите подождать, пока мы телеграфируем майору Мильрою и получим его ответ? Хотите переждать эту ночь?
– Я сойду с ума, если буду ждать ночь, – сказал Аллан. – Вы еще более растревожили меня.
