Автор
В умеренном немецком городке Вильдбад на вольгутных берегах озера привлекают путешественников. Вечерний сумрак над спокойной водой создает атмосферу загадочности и опасности. Три важные фигуры - бургомистр, доктор и трактирщик - ждут первых посетителей нового сезона, каждый стремясь к своему собственному выгодному исходу....
«Если бы у меня был хоть один друг, к кому я мог бы обратиться, – думал ректор, – если бы я мог найти хоть кого-нибудь, кто помог бы мне…»
В ту минуту, когда эта мысль промелькнула в голове его, послышался тихий стук в дверь, и голос в коридоре произнес чуть слышно:
– Позвольте мне войти.
После минутного молчания, взяв себя в руки, Брок отворил дверь и очутился в час ночи лицом к лицу на пороге своей спальни с Озайязом Мидуинтером.
– Вы больны? – спросил ректор, как только удивление позволило ему заговорить.
– Я пришел сюда откровенно объясниться, – был тихий ответ. – Вы позволите мне войти?
С этими словами он вошел в комнату, потупив глаза. Губы его были страшно бледны, а в руках он что-то прятал за спиной.
– Я увидел огонь в щель вашей двери, – продолжал он, не поднимая глаз и не отнимая рук из-за спины. – Я знаю, какое беспокойство не дает вам спать. Вы уезжаете завтра утром, и вам неприятно оставить мистера Армадэля.
Как мистер Брок ни был изумлен, он увидел серьезную необходимость объясниться откровенно с человеком, который пришел к нему в такое время, и сказал ему следующие слова.
– Вы угадали, – отвечал он, – я занимаю место отца Аллану Армадэлю и, естественно, не желаю оставить Аллана в его лета с человеком, неизвестным мне.
Озайяз Мидуинтер сделал шаг к столу. Его блуждающие глаза остановились на Новом Завете, лежавшем на столе.
– Вы много лет читали эту книгу вашим прихожанам, – сказал он. – Научила ли она вас милосердию к вашим несчастным ближним?
Не ожидая ответа, он первый раз взглянул в лицо мистеру Броку и медленно выставил вперед свою руку.
– Прочтите это, – сказал он. – И ради Христа пожалейте обо мне, когда узнаете, кто я.
Он положил на стол письмо в несколько листов. Это было то самое письмо, которое Нил отправил на почту в Вильдбаде девятнадцать лет назад.
Глава II
Человек раскрылся"
"Влажный, холодный воздух наступающего рассвета врывался в открытое окно, когда Брок дочитал последние строчки признания.
