Автор
Ночью мрак покрывал бескрайние просторы вселенной, а по поверхности планеты редко бывали мигания и подергивания — это были последовательные вспышки чужака. Семь лет, как мир ожидает нового краха, и сейчас пришло время, когда ставни замка Солемн распадаются на части, открывая смертоносную тишину вне времени и пространства....
Они не встретили ни одного дикого ксеноса с тех пор как спасли офицера КГА и его погибшего помощника. Бориско не сомневался, что-то пошло не так."
"Еретически он почти желал, как можно быстрее столкнуться ещё с несколькими ксеносами. Такая встреча убедила бы его, что в джунглях всё оставалось по-прежнему. Обратное могло означать только одно — в сердце тьмы имперцев поджидает нечто гораздо хуже орков.
Павле Бориско жалел о том дне, когда Империум почти полностью зачистил Армагеддон от зелёнокожих и вышвырнул ксеносов из экваториальных джунглей.
И тут наконец-то Павле встретился с ними, хотя вовсе и не так, как ожидал.
Сильно дёрнув цепной меч, сержант вырвал клинок из свисавших лиан, сплошной завесой упавших к его ногам. За ними оказался символ — торчавшее из камня копьё. Когда-то давно валун грубо обработали, предав ему выражение мрачного лица со зловеще ухмылявшимся ртом.
К нему лианой привязали кусок коры, вымазав её веществом похожим на гуано или белую грязь. Даже и без орочьего черепа на камне, разбросанных вокруг костей и засохшей крови опытный Бориско сразу же узнал покрашенный символ.
Скрещённые кости для всех рас галактики означали одно и то же: “Здесь тебя ждёт только смерть”.
— Сержант, — раздался каркающий птичий голос и перед Павле появился наёмник.
Имперец вздрогнул, услышав речь ксеноса, и не испытывая ни малейшего желания лишний раз смотреть на него. Но он понял, что раз Пангор Юма решил присоединиться к взводу на земле, то видимо крут собрался сообщить что-то важное.
— В чём дело, крут? — спросил он.
Ксенос-следопыт наклонил голову набок и дважды быстро моргнул. Он держал винтовку в правой руке, снова опираясь на неё, как на посох.
— Впереди опасность, — произнесло существо на гибридном готике. — Много знаков зелёнокожих.
— Я знаю, — неловко ответил Бориско, от согласия с ксеносом во рту снова появился привкус желчи. Юма опять моргнул.
