Автор
Ночью мрак покрывал бескрайние просторы вселенной, а по поверхности планеты редко бывали мигания и подергивания — это были последовательные вспышки чужака. Семь лет, как мир ожидает нового краха, и сейчас пришло время, когда ставни замка Солемн распадаются на части, открывая смертоносную тишину вне времени и пространства....
— Принцепс, если мы в таком состоянии продолжим усиливать давление на турбины, то возобновится утечка плазмы, — предупредил командира Дворад, о чём немедленно пожалел.
— Я знаю про риск! — взревел Экхард, — просто выполняй приказ!
— Понял, — ответил главный инженер, склонился над пультом управления, и стал передавать приказ принцепса техническим бригадам по всему огромному титану.
“Тираннус Максимус” двигался на половинной мощности по опустошённой радиационной пустыне к базе легиона титанов в Хеллсбриче.
— Авгуры завершили анализ, — наконец произнёс Варн.
— Обойдёмся без формальностей, парень, — проворчал Экхард. — Сообщи результат."
"— Мы получали ложные сигналы. Помехи сенсоров вызваны электромагнитным полем, которое возникло из-за высокого уровня радиации в окружающей среде, — с заметным облегчением пояснил инженер.
— Похоже, как только мы вернёмся в ремонтный бокс, нам потребуется перенастройка сканеров и авгуров-когитаторов, — громко прокомментировал услышанное Экхард, — впрочем, как и восстановление брюшной полости и один Император знает, что ещё найдут техножрецы, как только займутся старым “Тираннусом”.
“Владыка войны” продолжал величественно ступать по токсичным пустошам, от каждого сотрясающего землю двадцатиметрового шага по песчаной пустыне в воздух взметались вихри радиационного пепла и окисленная пыль.
Пока “Тираннус Максимус” продирался через бесплодную, загубленную войной дикую местность, уставший Магнус Экхард поудобнее устроился в обитом мягкой кожей командном троне и позволил разуму забыться в мысленной связи.
Связь. Эзотерическое соединение мыслей непосредственно с духом зверя — разумом “Тираннус Максимуса”. Прожитые тысячелетия, божественное величие, животный ненасытный дикий голод и подобная опухоли злоба — вот что было в нём, в глубинах его души.
