В Арнике рассказывается о жене врача, которая внезапно узнает страшную правду о муже — а он тайно связался с опасным преступной группировкой. Вместе со своим коллегой, тоже подозревающим в краже наркотиков, Арина Владимировна пытается спрятаться и выяснить все детали, не тревожая семью....
Почему? Не знаю, не задавалась таким вопросом. Просто отметила факт и дальше продолжила разговор.
На пороге нас встретила Агата, и мне сразу же не понравилось её состояние. Она была… взволнована, чем-то напугана.
— А где Яна? — сразу же спросила я, поняв, что дочери рядом с женщиной нет.
— Она гулять ушла, с Локи. Буквально недавно! Обещала здесь быть, за домом. Я там блинчики напекла, зову, а её нет…
Агата говорила что-то ещё, но я уже не слышала. В ушах шум, ноги перестали держать. Я бы осела на землю, если бы Гарри вовремя не подхватил на руки.
Как искать дочь там, где сама ничего не знаешь? Ничего и практически никого? У меня ведь нет даже фотографии!"
"— Арника, посмотри на меня, — Гарри несильно тряхнул за плечо. — Мы найдём её, слышишь? Всё будет хорошо.
Я слышала, но реагировать просто не могла.
Состояние…
Словно я во сне… Хочу бежать, но ноги ватные, не держат. Хочется закричать, но голос отказывается слушаться.
Гарри исчез.
Не знаю, как долго его не было. Как долго я была в таком коматозе. Лишь слышала всхлипы тётушки Агаты.
В один момент всё закончилось. Я словно пришла в себя. Слух обрёл точность, руки — чувствительность. Я начала различать, а главное осознавать, что происходит рядом со мной.
Вскочила с дивана и бросилась на улицу. Я найду дочь! Найду!
Иначе мне нет смысла жить…
— Нет! — услышала я строгое за спиной.
Оглянувшись, я растерянно оглядела мужчину.
Всё та же маска, всё тот же плащ.
— Что вы здесь…
Но закончить я не успела. К моему лицу приложили тряпку, пахнущую какими-то странными духами, и я потеряла сознание.
Нет… это не было похоже на сон.
Скорее попадание в какое-то вязкое марево. Оно не выпускает, не даёт сосредоточиться. Я знала, что мне нужно обратно, что это жизненно необходимо, но очнуться не могла. Слишком сложно. Тяжёлые веки, неподъемные руки и ноги, головой повернуть невозможно.
Но мне надо туда…
Зачем? Что я там забыла?
— Мам! Мама! Мам, ну очнись! Прости, мам! — приглушенный голос Яны, а следом странные клажные поглаживания.
С трудом, но разлепив глаза, я подняла голову и посмотрела, что до меня дотрагивается.
Оказалось, меня вылизывал Локи!
И тут-то я всё вспомнила…
И пропажу Яны, и моё состояние, и Гарольда, и запах духов. Такой, чёрт возьми, знакомый…
— Яна! Где ты была! — воскликнула я, обнимая дочь.
Разобраться с одним ушлым типом я успею, сейчас важна дочь.
