В просторной гостиной запахи родного дома встречаются в радужных тонах: свежий хлеб, лаванда и звонкий воск на паркетах. Здесь ощущается столовая изыску, где каждый предмет декора, каждое тканевое одеяние — символ вкуса и статуса хозяйки. Мать с отцом уже ждут гостей в атмосфере домашнего уюта и дорогих элегантностей....
- В этом модном ресторане подавали слишком крохотные порции, чтобы можно было считать это полноценным приемом пищи. А дома у меня, как обычно, пустой стазисный шкаф – хочу заказать еду с собой.
- Куда пойдем?
- Разве у тебя нет своих дел? Не хочу отвлекать.
- Уже вечер. Все дела, которые требовали моего внимания, я уже сделал.
- Ладно. Хочу блинчиков. Давай зайдем в харчевню дядюшки Пью – там хороший выбор начинок и он не жалеет масла.
- Хорошо, - улыбается Харт."
"Мою руку он так и не выпускает, а я делаю вид, будто не происходит ничего необычного.
Харт размыкает руки, чтобы открыть дверь и пропустить меня вперед. Пришлось сдержать огорченный вздох.
Харчевня, как всегда, встречает приятными запахами и полумраком. Столики в ней стоят на некотором расстоянии, отделены ширмами и, что для меня несомненный плюс, сюда практически не приходят шумные компании. В основном это место выбирают либо парочки, либо те, кому хочется посидеть в одиночестве.
Дождавшись, пока приготовят заказанную еду, прячу свою часть в пространственный карман.
Харт спрашивает:
- Может быть, поужинаем у меня?
- Конечно! – отвечаю я.
Кто же от такого откажется?! Безумно любопытно узнать, как обустраивают свой быт холостяки мужского пола. Он же холостяк? Но разве такой шикарный мужик может быть одиноким в его возрасте?
Точно! Сейчас же отличный повод, чтобы об этом спросить:
- А твоя девушка не будет возражать?
Мужчина усмехается:
- Некому возражать – у меня нет ни жены, ни девушки.
Чувствую радость, смешанную с облегчением, но тут же себя одергиваю – то, что он ни с кем не встречается, вовсе не означает, что у меня есть шанс.
Дом Харта снаружи, так же как и мой, покрашен белой краской и имеет такие же узорчатые голубые ставни. Но внутри гораздо меньше – всего две комнаты.
