Пока не сгорел полностью, чуть не подпалив и кварталы вокруг. Земля, напитанная уймой магии, не терпела ошибок, а уж особенно стихийников. И горело тогда всё, словно сухая щепа.
Сейчас здание было из камня, выглядело очень внушительно и больше напоминало один из корпусов коллегии, чем торговое место. Но, как и прежде, доносились ароматы выпечки, жареного мяса и призывы из купеческих лавок.
— Сдоба! Выпечка! Бараны! Лососятина! У нас самое свежее! Сегодня поймали!
Жизнерадостное разноголосье и пленительные запахи вынудили меня свернуть в открытые ворота. В конце концов, с пустыми руками приходить невоспитанно. Надо бы прийти с гостинцами, да такими, чтобы сразу алхимик меня принял как родного.
Могли пройти столетия, но рынки всегда оставались прежними. Здесь жили по своим законам и меняться не собирались.
Самые бросовые и яркие товары размещали на виду, такие, от которых рябило в глазах. Зазывалы орали каждый на свой лад, и этот шум плотно стоял над рядами лавок. Самые наглые выхватывали прохожих и буквально затаскивали внутрь. Но действовали умно — профессионально различали на первый же взгляд, с кем такое проделать возможно.
Ну и отдельное важное событие — торг. В ход шло всё — от возмущения и жалоб на растущие цены до закатывания глаз и даже обмороков. Причём как со стороны покупателей, так и со стороны продавцов.
Какие трагедии здесь разыгрывались!
На театральные постановки ходить не нужно было, подобной актёрской игры там не сыщешь.
— У меня пятеро детей, уважаемый, скиньте цену, как мне их прокормить?
— Ох, как я вас понимаю… У меня семеро! И восьмой на подходе. Поверьте, я бы пошёл на уступку, но больше десяти скинуть никак не могу. И то только для вас, как многодетного отца.
Выглядели оба, впрочем, вовсе не страдающими родителями. Да и торговались они за бочонок пива.
Невольно подслушивая эти разговоры, я выяснил, что с демографической ситуацией в империи точно всё в порядке. Чуть ли не у каждого второго детей было не меньше десятка.
Мне напихали полные руки листков с рекламой, пообещали огромные скидки, уйму подарков и уникальные товары со всех краёв земли.
Но, несмотря на толчею и шум, было что-то такое притягательное во всей этой атмосфере, что я получал удовольствие, прогуливаясь вдоль лавок. Разглядывал вывески, изучал диковинные товары и поражался буйству фантазии торговцев.
Чего только ни нашлось среди предложений.
