Вторая книга цикла "Артефактор", где загадочный Граф Воронцов продолжает свою необычную жизнь в мире магии и таинственных артефактов. Вашему вниманию представлен новый заказ, который может изменить все – от ближайших планов до далеких будущих. Око василиска — уже не просто символ силы и загадочности, а ключ к сложнейшей тайне. Встретимся на следующей странице!
Одежду ему уже измочалили мои питомцы, извозили в грязи, да и ногу похоже повредили, не рассчитав своего огромного веса. Ну или рассчитав…
Мужчина, за пятьдесят, а может и больше. Крепкий, но небольшого роста. В его глазах читалась боль и напряжение. Он молча смотрел, как я подхожу.
Я погладил львов по гривам и они благодарно зарычали. Скучно им было постоянно сидеть на местах. Надо бы им ночью разрешать гулять по саду.
Присев на корточки рядом с пойманным, я демонстративно поиграл кинжалом. Мужчина внимательно проследил за сверкающим лезвием и судорожно сглотнул:
— Господин хороший, — голос его был низким и хриплым, словно ему обожгло горло. — Ну зачем же сразу резать, произошло чистое недоразумение.
Лев тихо рыкнул и усилил давление лапой. Мужчина скривился от боли, но сдержался от стона и даже слабо улыбнулся. Не ноет и не заискивает, уже хорошо. Хотя его страх я ощущал — и сильный. Такой страх, что бывает у загнанного зверя, правильный.
— Ещё скажи случайно сюда попал, заблудился, — усмехнулся я.
Таких хитрых глаз у честного народа не бывает. Я заметил, как мужчина профессионально оглядел меня, машинально задержав взгляд на перстне и браслете — подмечал, что самое дорогое.
— Не случайно, — признался он и поморщился, попытавшись пошевелить придавленной ногой.
Я бросил быстрый взгляд на льва — тот убрал лапищу.
— Вот спасибо вам, господин хороший, — он с опаской посмотрел на замершую рядом статую, только глаза светились. — Чудные у вас зверушки.
— Я граф Александр Вознесенский, — нахмурился я. — А вы кто и зачем пришли?
— Ну так вы сами звали, ваше сиятельство, — он убрал показную насмешливость и стал серьезным. — Я… По-разному меня кличут, но в основном ваше величество.
Вот ведь наглец! Я нехорошо улыбнулся и львы сразу отреагировали угрожающим рычанием."
"— Ладно, ладно, понял! — с него слетела вся напускная невозмутимость. — Потап Новгородский я, ваше сиятельство, можно просто Потап. Можно я хоть встану, а то ещё успею в земле полежать.
Я разрешающе махнул рукой и поднялся, оглядываясь. В дом я такого гостя звать не стал бы, но и стоя разговаривать тоже не хотел.
Неподалеку как раз было подходящее место, укрытое зарослями кустов сирени, где любил сидеть дед в хорошую погоду. Иногда к нему присоединился Прохор, поэтому там стояли два удобных плетеных кресла и столик. То, что надо.
Потап встал на ноги с огромным трудом, но изо всех показывал, что травма его ничуть не беспокоит.
