Командир готовит обрушивающийся удар — перевод на другую базу и отставание из лоусонских кошмаров. Я нежно беру чашку с горячим напитком, глядя на Джареда, который играет фортепьяно надрывными мелодиями — его душевные муки и беспокойство танцуют по клавишам. В этом месте атмосфера накалена напряжением и слегка загадочна, как играющий вдвоём дирижер и пианист....
— Господа! — выскочивший нам навстречу высокий худощавый мужчина расплылся в подобострастной улыбке и благоговейно сложил руки на груди. — Господа, как я рад, что вы выбрали наш магазин!
Я демонстративно вздохнула и, не удостоив хозяина даже мимолётным взглядом, продефилировала внутрь. Ненавистную брусчатку сменил скользкий розовый мрамор, но, к счастью, я заметила в глубине магазина изумительный диванчик. Значит, мне не придётся стоически переминаться с ноги на ногу на протяжении всего спектакля. Можно будет просто красиво сидеть, и кривить носик, забраковывая все принесенные мне ювелирные изделия.
Всё же, не каждая женщина может с царственным видом отвергать драгоценности, которые ей подносят на бархатной подушечке. А именно этим мне и предстоит заниматься ближайший час.
— Мистер Тревори, — протянул Джаред, умудрившись при этом безупречно скопировать акцент коренных жителей Таворры, — у нас с супругой завтра годовщина свадьбы.
Ну, надо же, какой актёрский талант! Интересно, где он научился так разговаривать? Все коренные таворцы забавно картавили и тянули гласные, но повторить их акцент так, чтобы это не походило на жалкую пародию, было дано не каждому.
— О! Какая дата! — восхитился хозяин, смахнув кружевным платочком несуществующую слезинку. — Поздравляю. Понимаю, понимаю, господа, вам необходимо что-нибудь особенное?
— Не просто особенное, — продолжил картавить двуликий, — я хотел бы найти подарок, достойный моей прекрасной супруги!
Прекрасная супруга, в моём лице, послала любимому мужу нежную улыбку и принялась снимать соболиное манто.
Небрежно сбросив меха на руки мистеру Тревори, я подошла к какой-то витрине, сделав вид, что меня заинтересовало выставленное там бриллиантовое колье.
— Какой изумительный вкус! — простонал хозяин. — Миссис…, миссис…
Хм… кажется, я случайно умудрилась подойти к самому дорогому экспонату.
То, что в скользкие плиты были вмонтированы «Стражи тишины» было ясно как белый день. Слишком уж специфический цокот издавали мои каблуки. Значит, мистер Тревори раскошелился на «поющий» картаранский мрамор, позволяющий использовать самую мощную версию Стражей.
— Миссис, мистер…, — вновь проблеял хозяин, пытаясь понять, как к нам обращаться.
