Командир готовит обрушивающийся удар — перевод на другую базу и отставание из лоусонских кошмаров. Я нежно беру чашку с горячим напитком, глядя на Джареда, который играет фортепьяно надрывными мелодиями — его душевные муки и беспокойство танцуют по клавишам. В этом месте атмосфера накалена напряжением и слегка загадочна, как играющий вдвоём дирижер и пианист....
Мы его на ночь здесь одного оставляем.
— Не переживайте, он выключен, поэтому не осознает, где находится. Завтра, когда мы его включим, он даже не вспомнит, что вы прятали его в сейф.
Если бы кто-то случайно услышал этот разговор, обязательно бы решил, что я сошёл с ума. Заботиться о механическом пауке…
Возможно, так оно и было. Но для меня Варди был уже не просто артефактом. В ту секунду, когда паучок решил помочь нам, показав Гарсию Рамиреса, он стал частью команды.
Поэтому я не мог уйти, окончательно не удостоверившись, что Хранителю ничего не угрожает.
— Мы можем идти домой? — спросил я, закрыв сейф.
— Да, я собрала необходимые инструменты, — объявила моя прекрасная напарница, корректно напоминая, что сегодня вечером мы будем заниматься моим обследованием.
Ястреб…
Если Флоренс не сможет вернуть его, я погибну. И судя по тому, как стремительно ухудшалось моё состояние, закончить расследование я не успею. А значит, Алонзо Герра, Орест Крэс и работающие на них твари останутся на свободе.
Нет, этого нельзя допустить! Но если сегодняшнее обследование покажет, что я безнадёжен…
— Так в чём заключалась третья проверка? — словно невзначай спросила Флоренс, подходя ближе.
Кажется, хитрая ведьмочка решила воспользоваться моими же методами и попытаться застать меня врасплох.
— Я же говорил, нужно что-нибудь купить.
— Значит и препарат, и те серьги куплены за счёт отделения? — продолжила допытываться Флоренс, сделав ещё шаг вперёд.
М-да… кажется, вручить подарок будет гораздо сложнее, чем я себе представлял. Разумеется, сапфировые серьги были куплены за мой счёт. Для того чтобы заказать препарат, я должен был спросить мистера Тревори который час, и похвалить его карманные часы, сказав, что у моего прадеда Грегори, были такие же.
А серьги…
Вспомнив, как засверкали глаза Флоренс, когда она увидела жёлтые сапфиры, я едва сдержал улыбку. Весь этот маскарад затевался ради одной цели — отвлечь её от мыслей об Амире и, к счастью, мне удалось осуществить задуманное.
Сейчас ведьмочка полностью взяла себя в руки и уже ничем не напоминала ту испуганную, растерянную девчонку, в которую превратилась, узнав, кто на самом деле создал Варди.
— Вы не ответили, — подбоченившись, деловито произнесла Флоренс.
— Я скажу правду, если вы поклянётесь не устраивать скандал и согласитесь поужинать со мной.
— Вы невыносимы! — возмутилась моя красавица.
