Командир готовит обрушивающийся удар — перевод на другую базу и отставание из лоусонских кошмаров. Я нежно беру чашку с горячим напитком, глядя на Джареда, который играет фортепьяно надрывными мелодиями — его душевные муки и беспокойство танцуют по клавишам. В этом месте атмосфера накалена напряжением и слегка загадочна, как играющий вдвоём дирижер и пианист....
Но десять лет назад мой наставник, неожиданно для всех, прекратил артефакторную практику и уехал из Лоусона вместе с семьёй. Лишь самые близкие люди знали, что бросить дело всей жизни ему пришлось из-за проблем со здоровьем.
Механическое сердце…
Разработка этого чуда заняла почти год и всё это время я сходила с ума, боясь, что не успею… Я спала и жила в лаборатории, а Амир всё время пытался вытолкать меня на свежий воздух, утверждая, что я должна заниматься своей личной жизнью, а не его.
Но я не послушалась. И смогла создать для него идеальное механическое сердце, ничем не отличающееся от настоящего.
На глаза вновь навернулись слёзы, когда я вспомнила рыдающую от счастья Лючию и улыбающегося доктора Каридэса…
Десятичасовая операция прошла успешно… Амир будет жить…
— Ваш чай, — Джаред сел на край дивана и протянул мне чашку, — только осторожно, он очень горячий.
— Спасибо, — тихо сказала я.
Голос больше не дрожал. Первый шок прошёл, и сейчас я чётко осознала, что добровольно мой наставник никогда бы не связался с мафией.
Но у него было одно слабое место — Лючия.
Амир боготворил свою жену. И то, что он стал сотрудничать с мафией, могло означать только одно — у них Лючия.
— Амир Вэйзо.
— Ваш…, — Джаред запнулся, пытаясь осознать услышанное, — ваш… отец?!
— Приёмный отец, — поправила я двуликого, — моя настоящая семья погибла во время Савахской резни между кланами оборотней.
— Мне жаль, — в глазах Джареда отразилась искренняя, неподдельная боль и участие.
Во время Савахской бойни погибло больше сотни мирных жителей, а ещё в ту ночь оборотни вырезали три магических рода. Выжила только я. Но как это случилось, совсем не помнила…
Я очнулась уже в больнице. Услышала, как спорили какие-то люди, пытаясь решить, что со мной делать.
Сильных магов было мало, а я, как мне сказали, принадлежала к одному из древних магических родов, поэтому, вначале меня готовы были удочерить все лоусонские аристократы.
Ровно до тех пор, пока не выяснилось, что мой дар слабый, нестабильный и непостоянный."
"Магам, жаждущим усилить влияние своей семьи, такая обуза была ни к чему. Зато Амир и Лючия, с радостью приняли меня в свой дом, воспитав, как родную дочь.
— Я не знал, — осторожно начал Джаред, — я…
— Забудьте, вы и не могли знать. Амир использовал все свои связи, чтобы скрыть, кто я на самом деле. А сейчас, давайте вернёмся к делу.
