В Артефактах Древнего зажигается первобытная свеча войны, когда люди сталкиваются лицом к лицу с неведомыми существами из мира древности. Виктория плачет на фоне кровопролития, а умирающий мир вокруг подаётся в тени бешеных выстрелов и жарких магических боёв.
— Это твоя копия, можешь оставить, — произнёс Бестужев, и вздохнул, когда посмотрел на пустое блюдо из-под плюшек.
— Благодарю, — произнёс я обескуражено. Только что я был хозяином своей жизни, а теперь связан узами крепче брачных.
Интересно, он объявит мне войну, если я откажусь от них? Согласно бумагам, может. Хотя, это же в обе стороны действует. Может, я тоже смогу что-то получить взамен? Надо изучить бумаги пристальней. Желательно в одиночестве.
Я свернул бумаги в трубочку и попытался засунуть во внутренний карман пальто.
Я чертыхнулся. Совсем забыл о нём. Подхватил пакет в руки и собрался убрать, но заметил, что взгляд Бестужева прикипел к гербу на обороте.
— Осокины? — протянул он задумчиво.
— Они самые, — хмыкнул я, — виру выплачивают.
— Виру? — удивился он, и я описал ситуацию.
— Интересно, — Бестужев дёрнулся, но вовремя остановил себя и посмотрел на меня, — позволишь ознакомиться?
— Пожалуйста, — я протянул конверт, и он шевеля губами, зашелестел бумагами.
Пока Бестужев читал, я задумался.
Правы были те, кто говорил о его покровительстве. Тут и военная помощь прописана в договорах, и экономическое сотрудничество. Он равноценный партнёр с дедом получался, а теперь со мной. Потому что договора заключены между главами родов. Только есть нюанс. Это не отменяет, что договора для меня бесполезны.
Они подразумевают именно равное сотрудничество.
Уверен, с дедом он разошёлся бы по дружбе, а я вряд ли. Особенно, учитывая, что за одной проверкой может последовать ещё.
Эти договора для меня, скорее обуза, чем помощь. Я обязан, должен и т.д. Вплоть до вступления в войну. Да, там оговариваются исключения, на случай, если один из союзников пойдёт войной на Императора, например, но мне вообще пока не нужны воины.
Тартар меня поглоти обратно. Вот же Дед, удружил в своё время. Чем он думал? Теперь точно надо к нему ехать, думаю, он сможет всё это расторгнуть без последствий. Но, ладно, это вопрос будущего. Сейчас есть дела поважней. Наладить сбыт артефактов.
— Занимательное чтиво, — Бестужев вернул мне документы, — Осокин, как всегда, горазд на выдумки.
— В смысле? — я запихнул конверт в пальто и посмотрел на Петра Алексеевича.
