В Артефактах Древнего зажигается первобытная свеча войны, когда люди сталкиваются лицом к лицу с неведомыми существами из мира древности. Виктория плачет на фоне кровопролития, а умирающий мир вокруг подаётся в тени бешеных выстрелов и жарких магических боёв.
— Ты подумала о моём предложении?
Она замялась, теребя шарф на плечах. В глазах промелькнуло беспокойство.
— Да, сынок, — её голос дрогнул. — Я думала об этом все эти дни. Когда гуляли по городу, сидели в кафе… Алёна так счастлива здесь, хоть и старается не показывать.
Из соседней комнаты донёсся голос сестры. Она что-то увлечённо обсуждала с Колей, видимо, планировала изменения. Бедный парень. Он так старался, а Алёна уже ему нарезает задачи.
— Я готова поехать к деду, — продолжила мать, понизив голос.
— Что «но», мам? — я мягко сжал её руку.
— Алёна, — Вера Ефимовна бросила тревожный взгляд в сторону, откуда доносился голос дочери. — Она всё ещё думает, что с отцом ей будет лучше. Роскошь, светская жизнь Москвы… Ты же знаешь свою сестру.
В её голосе зазвучало отчаяние:
— Я не смогу оставить её там, с ним. Но и заставить не могу. Она еще молода, твои братья…
Женщина сделала паузу.
— Они уже взрослые и очень привязаны к отцу.
— Ты хочешь, чтобы я поговорил с ней? — догадался я.
— Убеди её остаться, — мать стиснула мои пальцы. — Это моё условие. Если Алёна согласится жить здесь, в Петербурге, я сделаю всё, что ты предлагаешь.
Я обнял её за плечи:
— Не волнуйся. Я об этом позабочусь. Бестужев поможет, — в голове уже складывался план разговора с князем. — Он сможет предоставить определённые… гарантии безопасности.
— Спасибо, — прошептала она.
В этот момент в зал ворвалась Алёна:
— Мам, ты только посмотри, какой здесь зимний сад можно сделать! — её глаза горели энтузиазмом. — Коля говорит, тут раньше была оранжерея…
Я невольно улыбнулся. Может, убедить сестру будет не так уж сложно. Главное — дать ей почувствовать, что это и её дом тоже.
— Конечно, можно, — кивнул я. — Всё, что захочешь.
Мать благодарно сжала мою руку. В её глазах блеснула надежда.
Алёна внезапно остановилась посреди зала. Её энтузиазм словно испарился, когда она окинула критическим взглядом помещение ещё раз.
— Хотя знаете, — она поморщила носик, — даже с оранжереей здесь всё равно не то. Это же надо столько всего переделывать! А дома у нас уже есть зимний сад, — она мечтательно улыбнулась. — И фонтан, и статуи…
— Алёна, — в голосе матери послышались умоляющие нотки.
— Что «Алёна»? — сестра упёрла руки в бока. — Да, здесь неплохо. Можно погулять, посмотреть. Но жить? — она фыркнула.
