В Артефактах Древнего зажигается первобытная свеча войны, когда люди сталкиваются лицом к лицу с неведомыми существами из мира древности. Виктория плачет на фоне кровопролития, а умирающий мир вокруг подаётся в тени бешеных выстрелов и жарких магических боёв.
Нужно было сменить диспозицию, а люди на стуле вызывают меньше опасения, чем стоящие напротив.
Но подходящей мебели не нашлось. Только какие-то железки и трубы валялись на полу. Да обломки кирпича.
Хотя, вон какая-то катушка лежит, но до неё далеко идти. Придётся импровизировать. Эх, почему я не брал уроки лицедейства?
— Я пришёл к нему с предложением о торговле артефактами, — продолжил я, вновь посмотрев на Шальную, — а он взял на меня заказ. Пришлось защищаться.
— И ты думаешь, я поверю, — Шальная переступила с ноги на ногу, — что вы вдвоём зачистили всю банду?
— Может, сменим место беседы на более уютное? — предложил я.
— Мне и здесь удобно, — она дёрнула рукой, а боец за её спиной снова произнёс, что периметр чист.
Видимо, она тянула время, чтобы проявилась моя мнимая группа поддержки. Пора заканчивать этот балаган.
Я жестом показал на пальто:
— У меня здесь бумаги по недвижимости на земле Повара, они твои, если мы договоримся о поставках артефактов.
Вместо неё ответил тот же боец, что шептал ранее.
— Они одни, Сёма сообщил, что в округе чисто.
Слова подействовали на Шальную, как визит к косметологу. Напряжение отступило, а в глазах появился хищный блеск.
— Мальчик, я не знаю, что ты задумал, но ты сглупил, когда пришёл сюда один.
— Почему? — хмыкнул я, — вроде бы, нормально говорим, уже к делу подошли. С Поваром действительно вышла случайность, и теперь его территория может стать твоей.
— Возможно, — её чувственные губки приоткрылись в хищной улыбке, — я говорю, возможно, ты не врёшь. — Она несколько расслабилась, и я ощутил, как её магия отступает обратно в ауру, — но разговор окончен, давай сюда документы, и я отпущу тебя живым.
— Заманчиво, — протянул я, — но нет.
От моих слов она удивлённо хлопнула глазами.
— Если мы не договоримся, то буду искать другого партнёра, — я не дал ей вставить и слова. — С этим сложно, конечно, они мрут, как мухи, хотя и называются крокодилами, и прочим.
— Крокодил тоже твоих рук дело? — прошептала Шальная, а глаза её расширились, но она тут же взяла себя в руки, — хорош, ох хорош заливать, — она хихикнула, — узнаю дворянскую выучку и тягу к интригам.
Её кисти крутанулись и стихии в её ауре отозвались на это движение.
