В Аш, мир смертных и бессмертных подчиняется строгому Братству и Совету. Магией гипноза и управления волей склонены к власти кланы Черные Львы, Северные Львы, Гиены и примитивный Носферату. Лианы питаются кровью смертных, но только из рас, не связанных с Падшими, чтобы сохранить свою уникальность в этом мире....
Хищник всегда нападает, чувствуя страх и слабость добычи.
Какого ответа он ждет? Правильного? Если бы я знала правильный…Неужели такой вообще существует? Ответ, который понравится Хозяину.
— Просто скажи правду. Я ненавижу ложь. За вранье могу убить на месте. Так что хватит думать. Говори.
— Я хотела вернуться, — глупо прозвучало, но это и есть правда. Самая что ни на есть безумная.
— Зачем? — сделал шаг ко мне, и я инстинктивно попятилась назад, не поднимая глаз на Хозяина.
— Посмотри на меня, — приказал Аш, но я не могла, словно боялась потерять саму себя растворившись в огненной магме или зеленом омуте, а может в черной бездне.
— К тебе.
Аш удерживал мое лицо, не давая отвернуться. В этот момент его радужки были светло-зелеными. Наверное, я вернулась, чтобы иметь возможность смотреть на него, слышать свирепый, лишающий воли, голос и знать, что рядом с ним меня никто не обидит.
— Доверять демонам безрассудно. Особенно мне. Думаю, если б ты знала, как поступают с такими, как ты, в моем мире — не вернулась бы. Фиен смог бы сделать тебя счастливой…На свой лад, конечно.
Такими, как я? До этого момента я считала себя человеком, обычной девчонкой вздорной и наивной, доверчивой до невозможности.
— Мне все равно кто я. Для меня это ничего не меняет.
— Это меняет все, Шели. Тебя не должно быть здесь.
— Но я здесь и я в твоей власти, как и до появления крыльев. Для меня все по-прежнему.
— Ты ошибаешься по-прежнему уже не будет…именно для тебя.
Аш обошел вокруг меня, остановился сзади и я вдруг почувствовала, как с треском он разорвал на мне единственное платье. Сейчас предъявит права, я в этом не сомневалась. Слишком хорошо расслышала пошлые шуточки его свиты. Вот и настал мой час, живой я уже отсюда не выйду. Я заплакала, закусив губу чтобы не издать ни звука. Я точно знала — сегодня умру и моя смерть будет страшной и мучительной.
