Автор
Между двумя могущественными кланами — МакАлистерами и Стаффордами — разгорается кровавая война. Богатые и религиозные МакАлистеры считают себя избранными, а их враги остаются в тени насилия и мести. В этом мире, где вера переплетается с жестокостью, разворачивается история борьбы за...
– Вы без ума от этого места, не так ли? – спросила я.
– Пожалуй, да. Было здорово заполучить что-то, что когда-то принадлежало матери.
– Давно она умерла?
– Мне было два года.
– В самом деле? Значит, вы почти не помните ее… а знаете, моя мать тоже умерла, когда я была совсем крохой…
– Да, я знаю.
Мы немного помолчали, попивая чай. Я присела за барную стойку, перекатывая в руках чашку."
"– Мне всегда говорили, что Стаффорды похитили ее и сбросили из окна гостиницы. Пока однажды я не узнала, что, вероятно, это были не Стаффорды. А она сама решила покончить с собой, потому что отец довел ее. Она сделала аборт, а это никак не укладывалось в религиозную картину его мира. Боюсь, уже не выяснить, что случилось на самом деле…
– Мне жаль, Кристи, – ответил Харт, усаживаясь рядом.
– Ничего… Это было так давно, и я так много думала обо всем этом, что чувство боли притупилось… Давно вы работаете у моего отца? – спросила я.
– Два года.
– А почему я познакомилась с вами только сейчас?
– А разве мы должны были познакомиться раньше? – спросил Харт, отхлебывая чай.
– Просто я вас раньше никогда не видела. Не припоминаю. На домашних обедах вас точно раньше не было.
– Вообще-то бывал, – сказал он.
– Да ладно! Мне ужасно стыдно, но я вас не запомнила.
– Я предпочитаю оставаться незамеченным.
– А кроме обедов мы еще где-то встречались?
– Пару раз я отвозил вас в церковь.
– Не может быть! – выдохнула я. – Вот теперь мне по-настоящему стыдно!
– Да бросьте, – отмахнулся Харт. – Игнор девочки-подростка – не самое страшное, что со мной случалось.
Я рассмеялась, хотя слова «девочка-подросток» почему-то неприятно задели самолюбие. Я вообще-то уже два года как совершеннолетняя.
– Вы живете тут один? – поинтересовалась я.
– Да.
Мы стояли возле камина, и я разглядывала стоявшие на каминной полке фотографии. Почти на всех была одна и та же женщина: изысканная, темноволосая, хорошо одетая. На некоторых она обнимала или держала на руках маленьких детей: девочку и мальчика.
– Ваша мать? – спросила я.
– Да, – кивнул он.
– Очень красивая… а вы на нее совсем не похожи.
– Да, я в курсе, что не блещу красотой, – хмыкнул Харт.
– Я не это хотела сказать, – смутилась я. – Вы не похожи на нее, но тем не менее тоже очень привлекательны.
– Неужели?
– Честное слово.
– Кристи, вам необязательно быть милой и вежливой только потому, что вам больше негде ночевать. Можете быть собой, – подначил меня Харт.
Я рассмеялась.
– Считаете меня грубиянкой?
– Да, и еще хулиганкой.
