Автор
В мире, где каждый шаг становится испытанием, Ассана несется по заснеженной равнине. Ледяной ветер скушествует их одежды и душу. Каждый день кажется бесконечным, но они продолжают двигаться, защищаясь от мертвой тишины льдов.
За спиной дети и женщины, старики. Вот смотри, - полковник поднял прутик и начал чертить прямо на земле, - наши силы таковы: трое сверхсильных мужиков, два камнемёта, госы-взрывалки, огнестрельное оружие - выше крыши, только вот с патронами - небольшой напряг, поэтому стрелять будем лишь в самом крайнем случае, и, - он бросил взгляд на Клыка, который делал вид, что спит, а на самом деле очень внимательно прислушивался к разговору и окружающему нас лесу, - Ка Ассаи. Враги думают, что у нас есть только Клык. Вот им будет сюрприз.
Костя, слушавший полковника, несколько облегчённо выдохнул, впрочем, как и остальные.
«Эх! Ноа, Ноа, как жаль, что не свиделись» - мелькнула мысль в сотый за день раз, прежде чем я провалилась в сон.
Пуха мы встретили во второй половине дня на четвёртые сутки путешествия. Ка Ассаи мчался так, что я диву давалась. При этом он делал остановки лишь, чтобы утолить жажду. Мои волки могли без еды и сна покрывать огромные расстояния. Потом они, конечно, отсыпались и отъедались. Этим Пух и занялся, как только мы встали лагерем.
— Пух сейчас насытится и ночь проспит, - сказала я полковнику.
— Пусть так, - согласился Алексей Сергеевич и махнул остальным, - народ, готовимся ко сну.
Мы с Клыком умчались до рассвета, соперничая в скорости со стылым ветром. Предрассветная морозная дымка оседала на лице влажными каплями, прогоняя сон и будоража сознание.
Глава 37 В ожидании
Долина встретила меня радостными криками дозорных и недоуменными взглядами остальных, когда я оказалась внутри скалы.
