Автор
В мире, где каждый шаг становится испытанием, Ассана несется по заснеженной равнине. Ледяной ветер скушествует их одежды и душу. Каждый день кажется бесконечным, но они продолжают двигаться, защищаясь от мертвой тишины льдов.
А я добавила:
- Он с ними через меня и Клыка пытался договориться, что если не умоются, то и жить в строящемся доме не будет никто из их племени, даже дети, - набрав из деревянной лохани воды, плеснула на себя, смывая остатки мыла, - но это он их просто пугал, детям и женщинам точно дадут комнату, просто пока пусть живут в палатке, так как все вместе мы просто задохнёмся - от них пахнет похлеще старой изношенной калоши, которую не снимал всю жизнь деревенский мужик.
В нашей отстроенной бане помещалось всего пять-шесть человек, я пошла в первой партии.
Сашка Синицина - щуплая невзрачная шатенка с очками на пол лица, была в том мире бухгалтером, характер имела спокойный и молчаливый, что скажут, то выполняет, но без особого тщания и рвения. Светка Лялькина - красивая манерная блондинка, на матушке Земле работала фотографом, характером вздорная, несколько даже скандальная, но всё же, через не хочу и не могу выполняла какие-то основные функции будь то стирка, или же готовка еды, но по своей инициативе практически никогда не влезала никуда, кроме непонятной ревности ко мне и моим делам, здесь она могла спорить до последнего, лишь бы мои обязанности перепали на неё, благо, что я всегда участвовала в не совсем, так скажем, женских делах и в основном таскалась по лесу в поисках пропитания с охотничьим отрядом.
Микаэла Михайловна - отличная тётка, лет пятидесяти-пятидесяти пяти, добродушная и работящая, в прошлой ""жизни"" была домохозяйкой и дачницей. Вкусно готовила и неплохо занималась распределением продуктов и вообще никакой работы не боялась. Мне она очень нравилась, всё по делу и никаких бабских истерик. Я тоже женщина, да, но истеричек на дух не переношу.
