Князь Путивльский, вечный капитан, гонится за крадеными кораблями. Война за проклятые моряки вдохновляет каталонскую компанию и сенешаль Ла-Рошели, а Морские гезы представляют свои собственные подразделения — Флибустьер и Корсары. На шумерском лугалье искатели приключений отваживают стражей народов моря в поисках скиф-Эллина, а Букелларий удерживает порядок под британским флагом. В центре событий находится капитан, не знающий поражения — казачий адмирал....
И подсидел бы его, потому что в работе любого чиновника понимать-то особо и нечего. Надо только владеть двумя арифметическими действиями: отнимать и делить. Говорить это евнуху не стал.
— Теперь тебе нужен новый дом в самом центре города, — вспомнил вдруг он.
— Не надо, — отказался я. — К своему привык, обустроил в нем все, не хочу переезжать. Лучше выдели мне какой-нибудь пустырь рядом с городом, на котором я посажу сад. Буду выращивать фрукты для лошадей и тебя угощать, когда деревья начнут плодоносить.
— Это запросто! — тут же согласился он.
Надо же, а я был уверен, что евнух понятия не имеет, что растет на моих полях.
Через несколько минут у меня была глиняная табличка на участок площадью три буру для конного тренировочного центра и вторая на шесть икю (две целых и одна десятая гектара) для сада. На самом деле я заботился не столько о лошадях — им, конечно, тоже достанется — сколько о себе.
21
Перед походом к шакну я отправил раба Какию к хозяину постоялого двора Хантилю, чтобы созвал туда трех конезаводчиков, моих деловых партнеров. Мол, скоро подойду и сообщу им кое-что очень важное. Когда прибыл туда, все были в сборе, сидели в тени под навесом за столом, пили молодое красное вино из деревянных чаш, покрытых лаком. Угостили и меня. Вообще-то, я не любитель молодых вин.
— Куда ты ездил? — как бы между прочим поинтересовался Хантиль, которому я оставлял Буцефала, чтобы конь заработал для нас обоих и не попал под конфискации, если бы что-то пошло не так.
— В Ниневию к новому шарру, — ответил я. — Синаххериб назначил меня мушаркишу нашей провинции. Так что отныне принимать лошадей для армии буду я прямо здесь и сам перегонять их в Каркемиш.
