Автор
В новой истории о романах и музыке, вы попадете в шок: обычный водитель слушает классику, но случайно находит странную волну с загадочной фразой. Атмосфера вызывает неодобрение и изумление, создавая непредсказуемый мир.
– Не могла матушка Ирина поступить иначе, – вещала Горкина, – ребенок всем правду про смерть отца Дионисия непременно сообщил бы. И что потом? Храм закрыли бы, и отец Владимир на том свете со всеми прежними настоятелями слезами умывался бы. Нет-нет-нет! Нельзя было этого допустить. Мы спасали нашу церковь. Она главнее всего. Знаете, какой из Никиты священник получился? Он в Господа сразу поверил, в один миг. При нем ремонт сделали, школу воскресную открыли, клуб построили, прихожан стало очень много.
– И пластинки, – добавил я.
– Нет, – возразила Марфа, – диски ему люди дарили. Прознали, что батюшка музыку любит, и несли. А как отец Дионисий пел…
Старуха закатила глаза.
– «Пресвятууую песнь припеваючеее…» Когда он напев исполнял, все плакали. Хор наш в Москве первое место на конкурсе получил…
– А деньги? – резко прервал Марфу полицейский.
Та осеклась, заморгала.
– Мешки из-под мусора, – добавил я. – С долларами, с драгоценностями?
Марфа Ильинична выпрямилась, показала рукой на окно.
– Гляньте туда! Купола сияют, храм отреставрирован, котельная новая. Приходской дом огромный построен, там и библиотека, и классы воскресной школы, и кружки шитья-вязания, танцам всех учат. Вот куда те средства пошли. Мы «Жигули», где парни лежали, осмотрели, багажник открыли… Мамочки! Казна целая! Погрузили все на мотоблок.
Марфа оборвала рассказ, мы тоже не проронили ни слова. Пауза затянулась. Наконец я решил нарушить молчание:
– Значит, валюта пошла на ремонт храма? Украшения продали, вырученное тоже в церковь вложили?
– Все до копеечки, – заверила бабка. – Через несколько месяцев после тех событий отец Дионисий и Филипп на два дня уехали и привезли очень много ассигнаций, мы их два дня считали.
Я закашлялся.
