Автор
Дымка окутала серые московские мостовые, скользнув по молчаливым домам и ласково обняв зеленые деревья и газоны. Первый снег в городе уже предрешен - он красив лишь робкие мгновения, но уже подступает, замыкая пространство серыми подтеками и грязными лужицами, отталкивающими прохожих в теплых шапочках....
— Здравствуй, Лисенок, — с прежней нежностью повторил нав.
— Здравствуй, Санта, — она бросила сандалии на землю и снова встряхнула роскошные волосы. — Я знала, что ты придешь.
Теперь, когда Белая Дама была вблизи, она уже не казалась молодой. Тонкое лицо, черты которого действительно напоминали мордочку маленького лисенка, подернула плотная сеть морщин, светлые волосы разбавляла густая седина, а изящные кисти рук были излишне суховаты. Белая Дама уже сделала шаг за грань, и совсем немного времени отделяло ее от старости.
Сантьяга бросил всего один быстрый взгляд на женщину, но этот взгляд не остался без внимания.
— Много времени прошло, Санта, — тихо проговорила колдунья.
— Ты по-прежнему красива, Лисенок.
— Знаменитое воспитание комиссара Темного Двора, — усмехнулась Белая Дама. — Не стоит вымучивать для меня комплименты.
— Я всегда был честен с тобой, Лисенок, — произнес Сантьяга. — И сейчас я говорю то, что думаю: ты красива."
"— Сейчас еще, может быть, — сдалась колдунья, — но это ненадолго.
Сантьяга до самых последних деталей помнил день, когда он впервые увидел потрясающе красивую Сусанну, молодую фату Зеленого Дома, ее лучистые зеленые глаза, ее нежное лицо, похожее на мордочку маленького лисенка, ее жаркие губы. Отчаянный и безнадежный роман беспощадного комиссара и одной из самых перспективных колдуний Великого Дома Людь обсуждал весь Тайный Город. Влюбившись в нава, Сусанна поставила крест на своей карьере. Ее оттерли от важных должностей, ей закрыли доступ к секретным архивам, и никто уже не помышлял о том, что способности Сусанны позволят ей стать жрицей Зеленого Дома.
Этот день Сантьяга тоже помнил очень хорошо. Он знал, что этот день наступит, и ждал его с печальной обреченностью. Очень много подобных дней пережил он за свою долгую жизнь.
— Знаешь, — тихо сказала Сусанна, — я абсолютно ни о чем не жалею. Я была счастлива с тобой, Санта, — она легонько улыбнулась, — а потом, даже ты не можешь похвастаться тем, что у тебя была больше чем одна жизнь, а у меня их было три: до тебя, с тобой и теперь. Впрочем, тебе этого не понять.
