Мы неплохо позавтракали – не то, что в рязанской дружине. Во всем чувствовался более высокий уровень.
После завтрака занимались воинскими упражнениями. Сегодня старший – Митрофан – распорядился метать ножи. У меня получалось средненько. Тогда Митрофан подозвал небольшого белобрысого парня прозвищем Краюха – уж и не знаю, за что. Взяв в руки ножи, Краюха за несколько секунд вонзил их с десяти шагов почти один в другой так глубоко, что я с трудом вытащил.
– Вот, учись, как надо.
– А можно мне свое оружие метнуть?
Я сбегал в избу, принес три оставшихся бумеранга, кинул в цель – старый, выщербленный щит. Впечатления это не произвело.
– Мы точнее ножи кидаем.
И запустил все три бумеранга по кругу. С пропеллерным жужжанием они описали замысловатую кривую и вернулись ко мне. Я их ловко поймал. Митрофан хлопнул себя по ляжкам:
– Это что, они после броска сами возвращаются?
– Ну, коли в цель не попал, возвращаются.
– Это еще не все. Краюха, поставь за щит чурбачок.
Краюха вытащил из поленницы дров здоровенный чурбак, поставил его на землю, прислонил к нему щит.
– Кто из вас может метнуть нож, чтобы поразить чурбак – представьте, что это противник.
– Никто не сможет, нож ведь прямо летит.
Я размахнулся и запустил два бумеранга. Оба лопастями зацепились за край щита и нырнули вниз, за щит. Дружинники наперегонки бросились бежать к щиту, откинули его и удивленно присвистнули:
– Ничего себе! – Оба бумеранга глубоко вонзили свои лезвия-лопасти в чурбачок.
– М-да, ножом так не можно. Поди-ка, какая занятная штуковина. Заморская чудь?
Я еще раз повторил, медленно и четко, чтобы запомнили. На меня поглядывали с уважением.
День прошел в воинских забавах, а на следующее утро меня и еще одного воина – я только и запомнил вчера при знакомстве – Петр из Пскова – позвали к князю.
– Ну что, добры молодцы, надо государю послужить. Дело очень трудное, не скрою – опасное даже. Надо добраться в Ливонию, в Мариенбург…
При этих словах Петр непроизвольно присвистнул, мне же это название пока ни о чем не говорило. Князь глянул недовольно, но продолжил:
– …в Мариенбург. Там есть человечек один, наш человечек. Отвезти ему весточку, забрать у него ответ – и назад. Вот деньги, вот письмо. Старшим будет Петр. Во всем слушаться его. Письмо ни в коем случае не должно попасть к врагу, иначе смерть и вам обоим, и человеку нашему. Все ли понятно?
Вот, оказывается, какая это у князя особая дружина. На такой службе недолго и голову сложить, и никто не узнает, где косточки твои лежат.
Позже, когда мы уже выехали из Москвы, я спросил у Петра:
– А что это такое – Мариенбург?
Петр посмурнел лицом.
– Гнездо гадючье, рыцарское, ордена Ливонского. Самое плохое, что есть в этом городишке – он со всех сторон окружен водой, на острове стоит.