– Ломтев вздохнул: – Уж больно много деньжат на тайные дела уходит. Ты же не один, а расходы большие – кого подкупить, кому лошадь купить. И хватит о деньгах, давай кушать, проголодался я.
После неплохого обеда – отличный повар у Никодима Ломтева – мы поднялись в кабинет мытаря.
– Спрашивай, что интересует.
– Есть такой купец Матвеев.
– Бывает, но что-то давно не вижу – не случилось ли чего. Постой-ка, он же не местный, из Нарвы, медь в Псков возил. Как же я про него не вспомнил? Так ты уже чего нарыть успел? Когда ж ты успел? По письму – недавно прибыть должон.
– Два дня как в городе, по торгу да трактирам хожу, разговоры разговариваю.
– Хм, шустер. Кроме Матвеева еще чего разузнал?
– Да пока и ничего. Помощь нужна.
– Это понятно, спрашивай.
– Из богатеньких кто властью недоволен?
Никодим захохотал, обнажив на удивление белые и крепкие зубы – а ведь уже немолодой мужик:
– Да все богатенькие, почитай, недовольны – то налог велик, то еще что.
– Это понятно, у кого-то суп жидковат, а у кого-то жемчуг мелковат.
Никодим снова засмеялся:
– Не слышал еще такой присказки, надо запомнить.
– Вот что, Никодим, мне нужна карта; если готовой нет, начерти сам. Мне нужны реки и селения на них. Если селения далеко от реки, мне они не нужны.
Никодим поскреб пятерней затылок.
– Только ручейки мне не нужны. Велико ли судно у Матвеева?
– Нет, так; можно сказать – баркас об одной мачте, в плохую погоду даже Ильмень для него – что море.
– Вот и на карте отметь только реки, где такое суденышко протиснуться может.
– Думаешь, Матвеев сырьем снабжает?
– Думать можно все – за руку поймать надо, найти станок, на котором монеты лживые чеканят.
– Верно говоришь. Не пойман – не вор. Попробую карту тебе сделать. Есть где жить?
– На постоялом дворе «У Микитки» остановился.
– Зайди ко мне домой вечером через три дня.
Мы попрощались, и я ушел.
Все эти дни я не тратил времени зря: ходил по торговцам, невзначай спрашивал о лживых монетах, как их здесь называли те, кто расплачиваются. Но ясности никакой это не принесло – разные люди – мужчины, женщины, разного возраста, разного обличья. Этот путь вел в тупик. Хотя и встречался чаще других в описаниях один тип. Невысокого роста, одет как ремесленник; примета у него была – косил левым глазом. Однако указывали ее не все, да и кто из купцов или приказчиков будет пристально приглядываться к внешности покупателя?
А еще я целенаправленно выискивал охотников через скупщиков мехов, мотивируя желанием приобрести партию шкурок рыси. Поскольку приходили в город охотники не часто, удалось поговорить только с двумя. Обычно охотники – народ наблюдательный, хорошо знающий лес, все его укромные уголки. Я интересовался – не появилось ли новых заимок в лесу, новых людей.