Автор
В Атлантарктиде читатель найдет дикий Норд — зовущий просторы Антарктики, где ветры и холод не знают границ. Здесь искренность природы и мистика истории создают непревзойденную атмосферу. Начало текста показывает масштаб Пентагона Соединённых Штатов Америки, символизирующий мощь государства, но в остальном мире — диком и удивительным — оно не вызовет такого отклика....
Так как «Мистик» и в самом деле лежал на боку, а три его видеокамеры были разбиты, изображение передавала только носовая камера, экран которой превратился в голубовато-зелёное окошко: помещение, в котором оказался батиплав, было освещено какой-то замысловатой «свечой» в форме зонтика, накрывшего огромное прозрачно-жемчужное яйцо.
– Ну и где это мы? – осведомился Хейг, разукрашенный ссадинами и синяками.
– В курятнике, – попытался пошутить не менее «татуированный» синяками Дуглас. – Судя по этому «яйцу».
– Очень смешно…
– Занимайтесь делами, – буркнул Крид, вызывая командира «котиков». – Капитан, зайдите к нам, если сможете.
Макьюэн появился через минуту, угрюмый, как преступник перед казнью. Через весь лоб у него тянулась белая лента антисептика, заклеившая царапину. На скуле багровел кровоподтёк.
Крид отодвинулся.
– Смотрите.
Макьюэн уставился на «яйцо» в глубине экрана.
– Что это?
– Какое-то сооружение неизвестного назначения. «Осьминоги» оттащили батиплав от конуса и перенесли сюда.
– Выйти туда можно?
– Там давление… кэп, а давление-то упало! Было под четыреста атмосфер, а сейчас, судя по показаниям датчиков, – всего сто сорок!
– Неужели нас перенесли со дна к поверхности?!
– Ну, не совсем к поверхности.
– Так можно или нет? – с раздражением повторил вопрос Макьюэн.
– Давление в сто сорок…
– Не ваша забота, у нас хорошие гидрокостюмы.
– Ну-у… если вы хотите рискнуть… Бен, проверь шлюзовой узел.
Дуглас на четвереньках полез через сиденья, как большой паук.
Батиплав качнуло.
Бортинженер выругался, свалившись на переборку.
– Какого… – начал Хейг.
Окно экрана заслонила чья-то мешковатая тень, и на замерших в кабине людей вновь глянул круглый белый глаз, полный лютого фосфорического равнодушия…
Глава 27
Слабый хватается за пистолет
Бежать было поздно, «Краб» наверняка засекли, и Лобанов принял единственно верное решение – идти на сближение с американской субмариной и первым начать переговоры.
«Канзас» (а это был именно он) медленно двинулся в зал, сияя прожекторами, и начал тормозить. Остановился он, не доплыв до «Краба» всего метров пятьдесят.
– Связь! – скомандовал Лобанов сам себе, начиная мигать прожектором в ритме азбуки Морзе.
Батиплав заметили. Прожектор лодки ударил по аппарату весомой оплеухой, мигнул.
Лобанов начал вызывать чужую субмарину, меняя диапазон частот гидроакустической рации.
