Гигантские ножницы гигантской мощности — корка льда и мельчайшая снежная крошка — тут же превращались в капли воды. Воздух завихривался, высушивая эти капли, выталкивая их наружу вместе с снегом, под которым шла работа атомного поезда.
Похоже, «Атомный поезд. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Менеджер дрогнул.
– Пленку вы можете взять под расписку. И вид на жительство покажу, он у меня в порядке. Но если вы захотите меня арестовать, то вначале вызовем моего адвоката.
Через несколько минут пленка была у оперативников.
– Ладно, на сегодня хватит, – сказал Влад и похлопал менеджера по плечу. – Живи пока… Но помни, что я сказал! Страна не продается!
Лица оперативников приобрели прежнюю вежливую невозмутимость и бесстрастность.
– Отзвонись шефу, Толик, он должен докладывать генералу. И поехали, посмотрим пленку.
Ломов достал мобильник и нажал кнопку прямого вызова.
* * *Полковник Смартов осторожно спрятал трубку в карман и перевел усталый взгляд глубоко посаженных глаз на сидящего во главе стола генерала Мезенцева. Для своих сорока четырех лет и сидячей работы Смартов выглядел отлично: ни избыточного веса, ни синевы под глазами, ни облысения. Даже морщин на лице не было. Генерал, только перешагнувший пятидесятилетний рубеж, на вид годился ему в отцы: лысый, толстый, страдающий диабетом и стенокардией.
– Что там? – брюзгливо осведомился генерал и выпустил сигаретный дым в сторону фаната здорового образа жизни Смартова. Сегодня он был очень недоволен – то ли жизнью вообще, то ли конкретно подчиненным, докладывающим о неприятностях.
– Она мертва, – не отворачиваясь, сказал полковник. – Улик никаких нет. Диктофон и мобильник с камерой пропали. «Близнецы» изъяли пленку видеоконтроля на входе.
– Значит, эта гадюка Фальков с кем-то встречался, – помолчав, изрек Мезенцев. – Иначе ее бы не убили.
– Логично, – кивнул Смартов.
– А ваши люди не отследили контакт, не зафиксировали его и допустили чрезвычайное происшествие – смерть негласного сотрудника!
Полковник опустил голову. Любую ситуацию в наши дни можно оценить и как победу, и как поражение. Причем с одинаковой убедительностью. Все зависит от того, как надо ее оценить.
Сейчас направленность мышления генерала стала совершенно очевидной. Он готовит козла отпущения.
– Мы поправим дело, товарищ генерал! – как можно увереннее сказал он. Потому что другого выхода у него не было.
* * *За преддипломную практику в войсках Кудасов получил отличную оценку, Коротков – такую же, Глушак и Смык – по «четверке». Это были предпоследние оценки в училище. Оставалась еще защита диплома, а потом оценивать молодых лейтенантов будет сама жизнь.
