Свежим солнцем освещена невероятная картина: девушка с искренним взглядом, незаурядной красотой, выбирает не дорогу к свету, а путь, отражающий глубокие устоявшиеся ценности. Александра не просто привлекает взоры, она вдохновляет сердца, став символом бескорыстных дел и честной жизни на подиуме судьбы. Встреча с ней — это не только поездка в мир моды и красоты, но и путешествие через тонкое равновесие между внешним успехом и внутренней целостностью....
А ещё её смущало легкое покалывание в груди и тягучее, приятное давление внизу живота.
Когда мужской палец проник внутрь лона, она интуитивно сжала интимные мышцы.
- Тугая… Не могу больше… Крышу рвет…
Она только почувствовала, как он пружинисто поднялся, выпрямился во весь рост, а потом услышала бряцанье ремня да шуршание молнии.
И снова крупное тело навалилось на неё.
Осетину этого оказалось мало. Ему захотелось её губ.
Он властно развернул её лицо к себе и поймал губами её искусанные от волнения губы. Он не целовал её.
Тугая большая головка уперлась в её лоно. Давление… ещё давление… Нежные складочки поддались, и эрегированный член беспрепятственно скользнул внутрь, растягивая Сашу. У девушки неподконтрольно вырвался полустон-полувсхлип.
Боже… она была влажной… готовой…
Ей никто не дал возможности привыкнуть, адаптироваться к размерам. Осетин сразу же отодвинулся назад, чтобы в следующе мгновение врезаться в её бедра более сильным и мощным толчком, от которого уже хотелось закричать в голос.
- Давай… Насаживайся на меня, черт тебя побери.
Он себя сдерживал. Будь Саша немного поопытнее, поняла бы. Но она, отчасти шокированная тем, что происходит, как с ней обращаются, что делают с её телом, как властно и больно сжимают грудь и врезаются в её ягодицы, ошалело хватала воздух ртом и закатывая глаза.
Казалось, мощная фигура Осетина полностью поглотила, раздавила её хрупкую. Он вжал Сашу в себя, едва ли не до хруста костей, и когда в очередной раз входил в неё, её тело сотрясалось от ошалелого удара. Она вцепилась в Олега, как в последнюю опору, ногам своим она не доверяла. Да что ногам… Она себе не доверяла. Горела. Сходила с ума от непонимания и отрицания происходящего.
