В дремучем лесу, где ночь клонится к рассвету, фигура с трудом поднимается на ноги. Его растянутые губы слабо издают бормотание, вызывая недовольные рычанья соседнего работника. Удар по коленке вчера не дал результатов - рана до сих пор не затянулась. Этот человек - Сконс, и он понимает, что время поджимает. Впереди долгий день тяжелой работы....
Не каждый захочет рисковать жизнью и подставлять из-за миллионов слоупоков, большинство из которых априори готовы всадить тебе нож в спину. А с её точки зрения всё должно быть ещё хуже — порой я удивляюсь, как женщины вообще терпят этот мир. И почему нет женских ""эскадронов смерти"", массово вырезающих мужской пол.
Так что, Ла вполне могла покинуть комплекс, если обнаружила выход. Либо просто погибла. Как вариант — ушла дальше по дороге, которую указала ей местная власть. В конце концов, если есть схема с подъёмом человека наверх, значит предполагается, что дальше всё тоже будет происходить по определённому сценарию.
Вздохнув, бросаю ещё один взгляд на рисунок. Есть большой соблазн забрать его с собой, но всё-таки лучше оставить. На случай, если я сам погибну наверху, а здесь окажется кто-то ещё из моего старого мира.
Уже разворачиваюсь, чтобы уйти, когда в голову приходит неожиданная мысль.
— Бумагу и ручку. Я оставлю послание для тех, кто остановится около этой картины.
Старик торопливо кивает, сразу доставая лист бумаги и ручку. Я же, забрав потребованные вещи, на момент задумываюсь. Потом начинаю выводить буквы.
Моё имя Брод и я поднялся сюда снизу, проделав путь от нулевого яруса.
Если ты не понимаешь о чём речь, то знай — сейчас ты находишься на восьмом ярусе.
Внизу ещё целая пачка, от нулевого до седьмого.
Выше должен быть только девятый. Но я в этом не уверен.
Этот мир — громадный искусственный комплекс. Ни одна из теорий его существования пока не подтверждены.
Если ты идёшь наверх, чтобы добраться до истины, не верь никому. И готовься к бою. К самому сложному бою в твоей жизни.
Ещё какое-то время раздумываю, сжимая ручку пальцами. Потом складываю листок пополам. Эпистолярный жанр, это всё-таки не совсем моё. А информации, в принципе и так достаточно.
Протягиваю бумагу ""смотрителю"" и тот ловко прячет её в один из карманов жилета. Вопросительно смотрит на меня.
— Вы сделаете пожертвование?
Оскаливаю зубы."
"— Конечно. А ещё, если ты не сдержишь обещание, то в один прекрасный день приду к этому музею, найду картину и вспомню станцию. И если твой внук не принесёт мне моё же письмо, то прострелю ему голову. После чего найду и убью всех твои потомков.
Дед удивлённо-испуганно пялится на меня.
