В узком прихожом пространстве полно мониторов, заставляющих просыпаться даже самых погруженных в сон. Мужчина поднимает голову и сразу же снова сводит веки — ощущение боли пронизывает каждую жилку. Голос на другом конце провода приглушенно издевается, предвкушая неловкость ситуации. Вопреки облегчению от пробуждения, в воздухе чувствуется напряженная тьма, словно предвещая новые испытания....
Пока мы отдыхали, он успел переговорить с «управляющим», запустить ремонтную мастерскую и восстановить работоспособность конечности. Более того — добавил пару бронепластин на места, которые сам же определил, как уязвимые. И сейчас полностью готов к активным действиям.
Уна обзаводится вибромечом на основе обычного топливного элемента. Таких в списке всего три — один из них девушка забирает себе. Глядя на это, Харр с Хэчем немедленно вызываются позаимствовать оставшиеся два. Помимо этого, «напечатанная» экипируется парой тесаков.
Проходимся по списку медикаментов. У нас и так немало всего, так что в основном сортируем и добавляем некоторые позиции, которых нет. Лекарства — от жаропонижающих до мощных противовоспалительных коктейлей и обезбола. Боевая химия, включая новые образцы, обнаруженные на складах сектора. Инъекции регенерирующих препаратов.
С продовольствием всё куда проще — консервы, вода, сухари. И две упаковки халвы, которые я утрамбовываю в свой рюкзак.
Броня у нас уже есть — те самые комплекты, что привезли вчера. Чего-то лучшего в хранилищах не находится.
Заканчиваем со всем через сорок минут, за которые собравшиеся снаружи люди успевают несколько раз повздорить. От прямого столкновения, их сейчас удерживает только страх «обнуления» всех показателей и висящие в воздухе дроны, готовые в любой момент обрушить своё возмездие.
Когда показываемся снаружи, по человеческой массе проходит волна гула и ко входу стремительно стягиваются все собравшиеся.
— Рант сказал, что вы собираетесь уйти отсюда. И оставить вместо себя какой-то совет, который будет нами управлять.
Скривив губы, наглядно демонстрирует свой уровень доверия к этой идее, после чего продолжает.
— По какому праву, ты собираешься решать, кто именно займёт в нём места? Ты чужой. Тебе нет дела до наших жизней. Кто дал тебе право решать за всех?
И ведь не боится. Странная штука власть. Стоит забраться на вершину, как начинаешь считать себя неуязвимым. И считать, что твоё слово чего-то стоит в глазах других. Может просто всадить в него очередь? Или отрубить пару конечностей?
Прохожусь взглядом по лицам сгрудившихся вокруг людей.
