В заброшенном подземелье проныры пытаются выбраться из опасного двойного зоны, когда их железяки наконец останавливают гравитационный лифт. Тут же появляется тревожное впечатление, что они не единственные жертвы: ушлые твари могли найти другой выход. Риск столь велик, что предстоящий подъем станет решающим, иначе они окажутся последними....
Минимум рефлексии и максимум действия. И как мне теперь кажется, это отнюдь не попытка сработать эффективно, спася жизни остальных. Скорее мой личный способ уйти от объективной реальности, полностью загрузив себя и не давая возможность остановиться, чтобы включить мозги.
Парень оказывается расторопным — через мгновение уже скрывается из виду, рванув на территорию лагеря. А его шеф устремляет на меня вопросительный взгляд. Ну да, аванс. Точно.
Машу Харру рукой и «самурай» опустошает нашу казну, отсчитывая деньги. Безусловно, можно было бы решить вопрос силой или при помощи наноботов.
Наблюдая, как енот отсчитывает монеты, вспоминаю о ранцевых огнемётах. Сейчас нам бы пригодились такие же, но с возможностью использования не горючей жидкости, а раствора наноботов. Жаль, нельзя просто взять любой из них и модифицировать под свои нужды. Хотя, скорее всего можно. Но это займёт слишком много времени.
— Не намекнёшь, зачем вам такая странная экипировка? Я понимаю, когда люди хотят купить пулемёт или снайперскую винтовку. Но техника для распыления воды — такое слышу впервые.
Растягиваю губы в усмешке.
— Не намекну. Всё, что могу сказать — при наличии товара, ты получишь свои деньги. А если твои люди затянут с выполнением, боюсь совсем скоро тут может стать жарко.
Судя по изменившемуся выражению лица Монра, последняя фраза была лишней.
— Обычное вооружение, нам к слову, тоже пригодилось бы. Что-то, способное пробивать тяжелые экзоскелеты.
Тот прищуривается, на момент посмотрев мне за спину.
— Насколько тяжелые?"
"Хороший вопрос. Правда ответить я на него не могу — хрен его знает, как оценить тот экз в который был облачён «триста девяносто шестой».
— Самые лучшие, что у вас есть.
Вот теперь в его глазах появляется задумчивость. Усевшись на скамью, кладёт руки поверх столешницы, с интересом смотря на меня.
— Боюсь, такого нет даже у наших лидеров. И у меня встречный вопрос — кто вы всё-таки такие? Говоришь так, как будто сам заявился издалека, не опасаешься конфликтов, что породят долгоиграющее противостояние и выкидываешь фокусы, о которых я даже не слышал. Кто ты?
Качнув головой, набрасываю в голове формулировки ответа.
— Мы не отсюда. А если всё сложится хорошо, то скоро двинем дальше. И ты сможешь быстро о нас забыть.
