В авантюрном сюжете "Авантюрист" мы буквально видим переполняющую напряжение атмосферу. Здесь каждый шаг может оказаться ключом к неизведанному. Продолжение ждет вас на страницах этой книги, где каждая встреча — это потенциальное начало нового приключений.
– Вполне возможно, и придет конец вашему сонному царству. У вас на Балканах, поверьте чутью старого солдата, скоро будет ад кромешный. Я почитываю газеты, герр Трайкофф. Слишком много государств, и любое из них, какое ни возьми, питает претензии к соседям. Когда-нибудь это лопнет. А война для офицера – это всегда еще и перспектива. Цивилисты[14] нас с вами не поймут, но мы-то соображаем, а?
– Вы совершенно правы, герр Обердорф.
– Рад, что вы понимаете. Не могу взять в толк, что человек вашего полета находит привлекательного в обществе революционеров.
– Каких еще революционеров? – вполне натурально удивился Сабинин.
– Герр Трайкофф… – хитро ухмыльнулся старикашка. – Ну что вы, право… Я здесь давно, и два-три последних года, поверьте, чуть ли не от каждого, кто здесь живет, слышу о русских революционерах, которые сделали пансионат штаб-квартирой… Дело, надо вам сказать, житейское. Последние лет шестьдесят Европа так и кишит разнообразнейшими революционерами всех мастей и пошибов, это уже и не вызывает никакого интереса.
«Слышал бы это Кудеяр, – злорадно подумал Сабинин. – Или товарищ Козлов. Два гения конспирации, изволите ли видеть. Уж если Обердорф говорит об этом так буднично, значит, вся округа давно болтает…»
– Ну какой я революционер, герр Обердорф? – усмехнулся он.
– Нимало не сомневаюсь, герр Трайкофф, – поспешил заверить старик. – Вы – совсем другое дело. Но вот другие обитатели пансионата, знаете ли… Взять хотя бы фрейлейн Екатерину. Девушке ее возраста пристало бы заниматься чем-то более полезным и приличным…
– О господи! – сказал Сабинин. – Чем она вас ухитрилась шокировать?
– Да знаете ли… Фрейлейн долго читала мне лекцию, пытаясь убедить, что я, как она выражается, жертва эксплуататорского класса, бросавшего меня в военные авантюры ради защиты каких-то загадочных производительных сил… Никто меня не бросал в авантюры, никакие «классы».
– Беда с этими излишне образованными девицами, – дружелюбно сказал Сабинин.
