В авантюрном сюжете "Авантюрист" мы буквально видим переполняющую напряжение атмосферу. Здесь каждый шаг может оказаться ключом к неизведанному. Продолжение ждет вас на страницах этой книги, где каждая встреча — это потенциальное начало нового приключений.
Склонившись к ее ушку – что было довольно трудной задачей из-за летней широкополой шляпки из белоснежного тюля на проволочном каркасе, Сабинин произнес тихо и значительно, с ноткой подобающей тревоги:
– Мне кажется, за вами следят. Оглянитесь, осторожнее, вон тот тип со светлыми волосами, в синем костюме…
Она оглянулась словно бы невзначай, небрежно, сделала милую гримаску:
– Ах, этот… Успокойтесь, тут другое… Этот субъект пытался привлечь мое внимание еще в Кракове, на вокзале, вот только его намерения не имели ничего общего с полицейскими шпионствами…
Показалось ему, или ее слова и в самом деле звучали чуть наигранно, не без фальши? Он не мог определить вот так, с ходу и предпочел оставить решение подобных ребусов на потом.
Это мог оказаться и обычный приставала… и человек, как раз и приставленный господами эсерами ее охранять.
Он вздрогнул, когда над самым ухом раздался вопль:
– Мировая сенсация! Жуткий террористический акт в самом сердце Британии! Чистокровный скакун погиб из-за женщины!
– Купите газету, – сказала Амазонка.
Бросив мальчишке никелевую монетку, Сабинин взял у него номер «Лёвенбург Ллойд», бросив при этом быстрый взгляд назад – белобрысый по-прежнему сопровождал их, держась на почтительном расстоянии, и в глазах его положительно не было и тени фатовства, скорее уж – сосредоточенное внимание человека, занятого серьезным делом."
"– Я велел извозчику дожидаться…
– Дайте ему что-нибудь и отпустите, – распорядилась его дама.
– Следовательно, у вас здесь есть друзья? Вы тут не впервые?
Она рассмеялась:
– Николай, запомните на будущее, что в наших делах подобные вопросы не приветствуются. Я вас прощаю как новичка, но впредь будьте сдержаннее на язык…
И уверенно направилась к пролетке ничем не примечательного извозчика, как две капли воды похожего на своих здешних собратьев, – цилиндр, смокинг, равнодушно-предупредительная, чисто выбритая физиономия.
Сабинин с тех пор так и хранил молчание.
– Николай, вы что, язык проглотили? – поинтересовалась она.
– Да нет, – сказал он спокойно. – Опасаюсь сболтнуть лишнее, спросить лишнего…
– Дуетесь?
– Ничего подобного. Честное слово. Добросовестно пытаюсь вести себя, как подобает неопытному новичку.
