Я стояла в толпе шумных автомобилей и оживленной улицы, окружённая ароматами дорогих сигарет и вкусными косточками, которые так часто подают на таких мероприятиях. Вокруг сновали мажоры, их сверкающие машины и громкие радиоприемники создавали невероятную атмосферу. Я приехала с бывшим одноклассником — известным авантюристом и теперь — не менее влиятельным мажором, которого многие знали по его рискованным приключениям....
– А неплохо ты их отделал, Макар, – первым начал разговор Рома, когда мы направились в нужную сторону. – Влада, что они от тебя хотели?
– Все мажоры сошли с ума на фоне нахождения у меня красной ауди! Честно выигранной, между прочим!
– Честно? – Макар не упустил случая сыронизировать, хотя я видела, как он напрягся. – Так она все-таки у тебя?
– Нет. Продала, забыл? – невинно захлопала я глазами. – Но она почему-то всем стала нужна. Алексей даже с прокурором на эту тему пообщался, судя по тому, что пришел угрожать, – нервно хмыкнула под конец.
– С прокурором? – уточнил Сёма.
– Он просил мой номер. И я дала. Только не свой, а прокурора, – развеселилась я. – И попросила прислать фотку.
– Зная этого придурка – он прислал, – засмеялся Макар. – И точно знаю, что прокурор посетил его родителей.
– Откуда? – заинтересовалась я.
Макар пожал плечами, достал из кармана зубочистку и засунул ее в рот, этим невинным действием доводя меня почти до неистовства. Меня почему-то дико раздражала эта его привычка перекатывать зубочистку из одного уголка рта в другой!
– Влада права, – поддержал меня Сёма.
– Потому что потому, – отмахнулся от нас мажор.
– Ты там что-то спрятал? – подозрительно уточнила я.
– Аха. Останки бывшей соседки этажом ниже, – Макар обернулся ко мне, едва скрывая улыбку.
– За что ты так бедняжку? – приподняла я бровь.
– Пела плохо, мусорила на моем балконе. А потом войну объявила…
Я залилась густым румянцем, вспоминая свое приключение в тот день, когда устроила Макару импровизированный концерт одного артиста.
– Войну она тебе точно за дело объявила, – ответила со знанием дела.
– Тебе виднее, – согласился Макар, – по ее пути идешь…
– Я еще тебя переживу!
– А я спорю?
Уголки губ мажора поползли вверх, и он скривился. Рассечённая губа начинала опухать и причиняла дискомфорт.
– И спасибо, – с трудом выдавила я, – за помощь.
– Пожалуйста, – кивнул Макар.
Мы как раз подошли к его машине. Он щелкнул брелком сигнализации и кайен приветливо мигнул фарами.
Макар уверенно вел машину, я бы даже сказала профессионально и очень спокойно. Он точно знал, что делать, и не без причины считал себя асом.
