В лето 1215 года сердце приключений погружается в глубокие озера души. Кейт - авантюристка на краю земли, где море несется безостановочно, как стремительный поток времени. Её сердце бьётся в ритме его синего пышения и непредсказуемых волнений.
— Всё в порядке, обо мне… позаботился Его Высочество, — кивок на молчаливо замершего принца, но я заметила, как дрогнули его губы в невольной улыбке, и чтобы скрыть веселье, он резко развернулся и спокойно сказал:
— Пройдёмте к пруду, осталось ещё несколько метров.
Молодой человек предложил левый локоть мне, правый Генриетте, как истинный джентльмен и я снова коснулась шёлкового рукава его камзола, пальцы кольнули молнии, и я поскорее взяла разбушевавшиеся эмоции под контроль. Константин удивлённо ко мне обернулся, а я как можно натуральнее удивилась, вскинув правую бровь:
— Что-то не так?
— Да нет, наверное, показалось, как будто вы укололи меня иглой, несколько раз, — криво усмехнулся он, и я, недоумённо пожав плечами, взяла его под руку, и мы пошли к рукотворному водоёму…
— Завтра императорская семья пригласила нас всех на пикник в свою загородную резиденцию, — предупредила я Генри, чтобы она подготовила соответствующие случаю наряды.
— Да, Ваше Высочество, всё будет готово, — улыбнулась она, а потом, подсев ко мне поближе, прошептала, заговорщически подмигивая, — он вас поцеловал?
— С чего ты взяла? — округлила глаза я.
— Ваши щёчки алели так, что я думала, как бы пожар не занялся.
— А…
— Колитесь, — напирала на меня Генри и я сдалась.
— Да…
— Ооо, — прижала она пальцы к губам.
— Больше ничего не скажу. Но мне понравилось, — добавила я поднимаясь. — Генри, подай, пожалуйста, горячего взвара с мелиссой и мёдом, пора готовиться ко сну.
— Да, я уже распорядилась, сейчас служанка принесёт. Я пока помогу вам переодеться, — засуетилась фрейлина, продолжая глупо улыбаться и многозначительно на меня коситься. Мне хотелось ей обо всём рассказать, возможно, когда-нибудь потом, а вообще эти чувства я желала сохранить только для себя.
Чай с мелиссой и мёдом был моим любимым напитком перед сном, он успокаивал и приводил мысли в порядок, с ним я засыпала легко и просыпалась свежей и отдохнувшей, полной сил на новые свершения.
— Какой-то горький в этот раз у поварихи получился взвар, — пожаловалась Генри, — то ли наша тётушка Полли делает, красота!
Я кивнула, соглашаясь: повариха в моём поместье была отменная. И сегодняшний напиток действительно отдавал странной горечью. Но я, как послушная девочка, выпила свою чашку почти до дна, Гроза вылакала любимое молоко, и мы направились в мою комнату.
