В мире, казалось бы, наполненном обычным звуком жизни, каждый день в Military Aviation Club сталкивается с неожиданностями. Здесь Пётр Васильевич, прапорщик из времён «лихих» девяностых, находит место между старыми войнами и новыми вызовами. Каждый звук здесь теперь играет роль в его уникальном мироощущении....
Работают, меня воспитывают, в военное училище завтра отправляют. А что вы про нас с Аней знаете?
— И про вашу ссору, и расставание из-за Капустиной, и про сегодняшнюю драку теперь тоже знаем, — сказал Леонид Борисович.
— Ну, тогда я не знаю, что вам ещё сказать, — сказал я, отпивая из чашки.
— Ничего не нужно. Просто пей чай и слушай, — сказал Леонид Борисович и откинулся назад в своем кресле. — Ты, хорошо подумал, насчет лётного училища?
— Это мечта. Сколько себя знаю…
— Вот-вот, и Валентина так хотела. Мама твоя.
— Если честно, удивлён. Мне мало, что рассказывают о родителях.
Красновы переглянулись между собой. Что-то они знают, но рассказывать не хотят. Или не могут.
Я поставил кружку и подошёл к фотографии на фоне джунглей. На ней был запечатлён человек, поразительно похожий на меня рядом с Леонидом Борисовичем.
— И почему-то мне кажется, что вы мне тоже ничего не скажете, верно? — спросил я, возвращаясь на место.
— Сергей, живи и не оглядывайся. Не знаю, встретимся ли мы снова, запомни, что моя семья у тебя в долгу. Помочь в твоей проблеме с самолётом было не сложно, — сказал отец Ани. — Но тайны твоей семьи в этой комнате ты не разгадаешь.
Вот шныри эти Капустины! И я ещё планировал такие комбинации. Всё оказалось проще некуда — меня выручила семья Красновых, которых даже не просили.
До прибытия поезда оставалось несколько минут, но дед с бабушкой не хотели уходить. Слëзы, напутствия, пожелания — всё это я уже проходил.
— Доедешь, обязательно сообщи. Кушай, что дают. Учись прилежно…, — говорила бабушка, меняя уже второй платок.
— Баб Надь, ну всё нормально будет. Не первый же раз… ну учусь не первый же раз. Тут до февраля, а там сессия и отпуск.
— Надо ж поступить еще, Серёжка. Конкурс-то большой, — сказал дед, с видом академика, подняв вверх палец.
— Поступим.
Не то чтобы меня сильно беспокоила тайна моей новой семьи, но нездоровый интерес после вчерашнего разговора появился.
Дед с бабушкой переглянулись. И почему люди так делают постоянно? Какую подсказку они хотят таким образом найти, бросая взгляд друг на друга. Мой поезд показался вдалеке. Стоянка не долгая, поэтому садиться надо сразу по прибытии его к платформе.
