В мире, казалось бы, наполненном обычным звуком жизни, каждый день в Military Aviation Club сталкивается с неожиданностями. Здесь Пётр Васильевич, прапорщик из времён «лихих» девяностых, находит место между старыми войнами и новыми вызовами. Каждый звук здесь теперь играет роль в его уникальном мироощущении....
Надо ж так попасть!
Сначала он не стал разбираться в происшествии с моим участием и, чуть было, не лишил меня возможности поступать. А теперь — он может закончить начатое. Мда, уровень везения у меня, как у рождённого 29 февраля!
Курсантская столовая, образца 1976 года, не впечатлила. Перловка под, довольно, плотным слоем жира и небольшой кусок сала в панировке.
— Ооо, «сникерсы», — сказал я, когда наряд по столовой принес нам порции.
— А что это такое? — спросил Макс. Ну вот, опять ты Серёга «палишь контору», что ты не из этого времени!
— Ааа, не важно! Шоколад такой в Болгарии.
— Предлагаю посетить чипок после ужина, товарищи. Есть возражения? — спросил Артём.
Макс принялся наливать чай и просто молча, кивнул. Я сделал тоже самое и взглянул на четвёртого за нашим столом.
— Предложение действует для всех! Как зовут? — спросил я у довольно плотного парня с короткой стрижкой, одетого в белую рубашку и черные брюки, а по выражению лица смахивающего на енота.
— Ну… Виталя Казанов, — сказал он, принимая красный пластиковый стакан от меня.
— Виталик, ты как? С нами? — спросил я у Казанова.
— Ну… ну, давайте, — неуверенно согласился он.
— Ты откуда, Виталя? — спросил Макс.
— Москва. Ну… вот прям с Москвы, — сказал он, отодвигая от себя чай, налитый ему Максом.
— Ты чего? — спросил Артем. — Может, несладкий будешь?
— А вы не знали — бром туда добавляют. Чтобы мы спокойнее были, ну… и к девочкам… ну вы поняли, — проговорил Виталя, на что я слегка посмеялся.
"Парни призадумались над словами Виталика. Артём, даже, предложил унести чайник. Однако я не дал этому свершиться.
— Если бы нам бром добавляли в еду, проблемы с потенцией — последнее, о чëм стоило бы волноваться. Он токсичен, а в Первую Мировую его и вовсе использовали как отравляющее вещество, — сказал я, но вновь встретил недоумевающие взгляды.
Чай мои новые товарищи решили попить маленькими глотками. Так себе фильтр!
— Кстати, Виталь, а чего в Москве не сиделось тебе? Вроде, не самое престижное занятие у столичных в провинцию ехать? — спросил Артем, уплетая хлеб с маслом.
— Бабушка настояла. Говорит, невесту там себе найдешь. Ну… я всю жизнь в Москве, в санаторий иногда с дедушкой ездил. А тут, надолго так еще ну… не ездил, — отвечал, неуверенно, Виталя.
Насчёт девушек, это он прав! Юные красавицы-москвички особенно не любили курсантов. Выйдешь замуж, а потом вас в какую-нибудь дырку от бублика отправят служить.
