В диких краях моря и севера, где зима мягко переходила в летний теплый период, приходила она сюда лишь тощими годами. Склон холма спускался к морю — не полностью каменистым, но там, где между камнями проглядывала земля, все заросло сочной травкой. Ниже, под холмом, земли уже и не было: тут шла утоптанная тропа из мелких камней. Края были живыми, как будто дышали своим собственным ветром и светом....
Он четырежды звонил по одному и тому же номеру, но там упорно не отвечают. Нам вот-вот должны принести карту с отметкой, где находится номер. Если будет что-то интересное, я позвоню. Пока прокатись по маршрутам Самойлова.
– Понял. А не может он хранить саблю в своей московской квартире?
– Может, но не хранит. Наш человек – кстати, сам коллекционер холодного оружия – туда наведывался. Сигнализация была сложная, отключили нормально, а включили с трудом. Коллекция у Ивана Александровича бедненькая, он больше хвастается тем, что коллекционер, чем является им в действительности.
– Я понял, товарищ полковник. Вот, достал маршруты Самойлова.
– И не торопись. К себе прислушивайся. Вдумчиво работай.
* * *Листы спутниковой карты были достаточно крупномасштабными, и на них наносились условные обозначения с карты города, поэтому ориентироваться было несложно. Предварительно разложив карты так, чтобы можно было ехать практически в одну сторону, а не метаться по городу туда-сюда, Василий тронулся с места. Он послушался совета Деда Морозова и сейчас ехал спокойно, никого не обгоняя, кроме машин с обозначением «учебная», от которых всегда старался держаться в стороне.
Дом был большой, жилой, многоподъездный, многоэтажный. Карта позволяла определить даже подъезд, но не более того.
