В диких краях моря и севера, где зима мягко переходила в летний теплый период, приходила она сюда лишь тощими годами. Склон холма спускался к морю — не полностью каменистым, но там, где между камнями проглядывала земля, все заросло сочной травкой. Ниже, под холмом, земли уже и не было: тут шла утоптанная тропа из мелких камней. Края были живыми, как будто дышали своим собственным ветром и светом....
Ну, конечно, если загрузить этим текстом главный сервер ГРУ, а это очень мощная машина, он, возможно, через месяц и справится с работой… Только с одинаковым успехом сможет выдать в качестве текста и то, что там написано, и гимн России, посчитав их идентичными по лингвистическому содержанию. А если от темы не отвлекаться, могу вас обрадовать, поскольку нам с вами чрезвычайно повезло.
– Мы очень рады, – сказал полковник Мочилов. – Просто чрезвычайно… Объясните только, чему радоваться.
– Я объясню. – Марк Анатольевич сохранял чуть высокомерное спокойствие.
– Кто не позволил? – спросил Мочилов.
– Мой отец. Он был моим преподавателем и диктовал свои жесткие условия. Отец видел перспективу в занятиях вычислительной лингвистикой и заставлял меня заниматься именно ей в ущерб тому, что мне нравилось.
– Но вы же специалист по машинному переводу, – не преминул заметить Морозов.
– Машинный перевод с трудом справляется с простыми текстами.
– Значит, все-таки пригодилось в нашей плоской работе, – усмехнулся полковник Мочилов.
– Ну, не совсем пригодилось… Сразу предупрежу, что прочитать написанное полностью я не смог, но могу сказать только то, что там какая-то древняя поэтическая форма, причем, очевидно, несущая большую смысловую нагрузку.
– Насколько мне известно, кто-то прочитал, – тихо сказал старший лейтенант Арцыбашев.
– Мне с трудом в это верится, – сказал, как отмахнулся, майор Стрекалов.
