Автор
– В комнате царит атмосфера напряженного ожидания: каждый шорох подстакарней заставляет вздрогнуть. Пятерка лежит на ровной поверхности, ее легкий металлический серебристый блеск отражается от улыбающихся глаз всех присутствующих. Это — не просто игла, это произведение искусства, где каждая деталь имеет значение....
Но подумал он об этом мимолетно, не задерживаясь на этой мысли. Отметил только, что это хорошо, такая вот неизменность. Ему и не хотелось сейчас никаких новых внешних впечатлений. Варя вся была у него внутри, и он поторапливал знакомую действительность, чтобы наконец увидеть ее наяву.
Он снова оставил машину за поворотом на пригорке, чтобы не вязнуть в непроездной грязи, и пошел по улице пешком. Он уже не боялся, что не застанет Варю дома. Когда Александр увидел эту улицу, то почему-то понял, что такого быть не может.
Она и в самом деле была дома. Дома! Он не знал, где ее дом, но главное, она была там, где он мог ее увидеть. Окно на втором этаже было открыто, и белые кружевные занавески колыхались от ветра.
Дверь в дом была, правда, заперта, но, обойдя его вокруг, Александр сразу увидел Варю. Она была в саду, в самом дальнем его углу, уже почти у реки – сгребала палую листву под тесно растущими раскидистыми яблонями.
Он стоял и смотрел на нее. Это было даже странно: он ехал сюда в таком нетерпении, что с трудом вел машину, а теперь, вместо того чтобы подойти к Варе, стоял и смотрел.
На ней были все те же садовые галоши. Когда Александр их увидел, то чуть не рассмеялся. Так, наверное, принц смотрел на хрустальные туфельки Золушки.
Варя обернулась. Он пошел к ней.
Ему казалось, они столкнутся, так быстро он шел к ней по тропинке между деревьями. Но они не столкнулись. Варя не двигалась, только смотрела на него, и взгляд ее был так странен, что Александр замедлил шаги.
Лицо у нее совершенно переменилось за этот месяц. Оно и раньше было бледным, но то, что покрывало его теперь, бледностью назвать было уже невозможно – это было что-то мертвенное, мертвое. Полукружья под глазами вместо чуть заметной светлой синевы приобрели мрачный темный оттенок.
Александр не понимал, что выражает ее взгляд.
– Варя… – растерянно проговорил он. – Здравствуйте.
Не было ничего странного в том, чтобы при встрече поздороваться.
– Здравствуйте, – ответила она.
В ее лице ничего при этом не изменилось. Ни радости не выразилось на нем, ни хотя бы удивления.
Они стояли в двух шагах друг от друга и молча друг на друга смотрели. Александр первым нарушил молчание.
– Вам не холодно? – спросил он.
