Автор
В мрачном городе с улицами, где каждый шаг заставляет тебя чувствовать себя обреченным, главный герой Бабочки под стеклом — вечно скрытый от мира ученик. Его тихий протест против несправедливости проявляется в мелочах: сидя в ушкое углу класса или даже на тротуаре, он не идёт на поводу подлых замечаний. Этот школьник-инопланетянин прячется от гнета взрослого мира, но его тайные действия неизбежно привлекают к себе внимание....
Я пытаюсь их обеспечивать, и я пытаюсь развиваться, и сейчас у меня появился шанс!..
— Я очень за тебя рада, честно, и отдельно за твой шанс. Но помочь я тебе ничем не могу. Я не пойду на поводу у твоих фантазий.
— Фантазий? Фантазий! — Игорь не на шутку разъярился. — Ты никогда в меня не верила, никогда!
— Ну, извини меня, что будущего миллионера в тебе не разглядела! Вот любила таким, какой есть. Без миллионов, без бизнеса, без амбиций, которых в тебе в помине нет. Ты автослесарь, Игорь, прекрасный автослесарь, но чтобы заниматься бизнесом, надо зубы иметь.
— Я пришёл не за тем, чтобы ты меня жизни учила!
— Конечно, я ведь дура, брошенная жена, чему я могу тебя научить? — Марина выдохлась, вдруг почувствовала себя несчастной, и рукой махнула в сторону двери. — Уходи, Игорь. Я… Я вот сейчас смотрю на тебя, и поверить не могу, что ты тот человек, за которого я когда-то замуж выходила.
Он голову опустил, помолчал, затем сказал:
— Ты ничего не поняла, Марин, я ведь на самом деле… Я хочу заняться чем-то большим, чем гайки крутить. Я хочу, чтобы Антон когда-нибудь понял, почему я так поступил. Чтобы у меня было, что ему предъявить, показать, результат какой-то. Мне нужен этот шанс, Марина.
Она отвернулась от него, нервно сглотнула, а пальцы в ворот кофты вцепились.
— Знаешь, Игорь, я не думаю, что Антон оценит твой ""шанс"", если перед этим ты выгонишь его из дома.
"Очень странно, но она даже не подумала заплакать после его ухода. Слёзы куда-то делись, и только горько было. Вспоминала, что ей Игорь наговорил, как у него глаза горели, на самом деле горели, и обвинял её в том, что она его никогда не понимала, не поддерживала, и вообще вниз тянула. По всему выходило, что это она виновата в их рухнувшем браке. По пустой квартире ходила, у одного окна постояла, потом у другого. Очень неприятно было осознавать, что вся твоя жизнь, в правильности и стабильности которой ты была так уверена, оказалась просто мыльным пузырём.
— Я соглашусь, — сказала она Тамаре, когда всё как следует обдумала.
