– Уже начал, – отрапортовал Герман, – запись грузится.
– Киллер звонил мне еще несколько раз на личный телефон, – сказала я, – сейчас я пользуюсь навороченным аппаратом, он не мой, не спрашивай, где взяла трубку, похоже, раньше она принадлежала подростку, любителю технических новинок. Важно другое: такой сотовый есть у Макса, и я знаю, что у него имеется функция диктофона – можно записать беседу с любым, с кем общаешься.
– То есть ты располагаешь другими образцами голосовых материалов? – правильно понял меня Герман.
– Вот-вот! – обрадовалась я. – Показываться в управлении мне не с руки. В обеденное время я встану неподалеку от твоего офиса и позвоню. Сможешь выйти и забрать мобильник?
– Без проблем, – пообещал Герман, – жду!
В аптеке не оказалось покупателей, за прилавком тосковала Антонина Георгиевна (если ты поселился в деревне, то, даже не поддерживая тесных отношений с окружающими, очень скоро узнаешь их имена и фамилии).
– Опять у Капы бронхит? – покачала головой провизор, увидев меня у прилавка. – Возьми собаке сироп подорожника, хорошо помогает. В прошлый раз я давала тебе бромгексин, но его трудно дозировать.
– Спасибо, Тонечка, – улыбнулась я. – Капитолина великолепно себя чувствует, у Фени нет аллергии, Муля временно забыла про артрит, Ада не чихает. У меня вопрос: если человек съел кактус, какую таблеточку надо ему принять в качестве противоядия?
Фармацевт осторожно поправила на голове белую шапочку:
– А зачем он съел кактус?
Надо же быть такой любопытной! Мотивация пожирателя растения никак не влияет на выбор медикаментов.
– Случайно, – пожала я плечами, – спутал его с арбузом.
– Дурак, да? – заморгала Антонина Георгиевна.
– Вовсе нет! Потрясающего ума человек, кстати, имеет высшее образование.
– Некоторым учеба идет не впрок, – принялась философствовать провизор, – они от знаний дуреют.
– Вернемся к лекарствам, – предложила я.
Антонина взяла с полки бутылочку и водрузила ее на прилавок:
– Вот. Стоматофен, произведен из растительного сырья.
Я расстегнула кошелек:
– Сколько раз микстуру пить надо?
Антонина Георгиевна укоризненно посмотрела на меня:
– Лампа, это полоскание. От язв во рту.
– Тот, кто слопал кактус, от них не страдает, – уточнила я.
– Как же он ухитрился иголки прожевать и не пораниться? – поразилась фармацевт.
– Растение лысое, – сообщила я новую подробность.
– Тогда это не кактус, – уперлась Антонина Георгиевна. – Где его купили?
– У вас, в цветочной лавке, – вздохнула я.
