В багряной радуге моря из-за горизонта не видно ничего, кроме черного песка и холодных звезд. Пустота проплескивает в воздухе как океан без волнений. Оставленные дрова напоминают палатку потерявшей путника, аккуратность поленницы — тщетная попытка укрыться от вечного небывалого мира....
— Капитана ко мне!
Приказ Линча, как всегда, был исполнен мгновенно. Дорого одетый тучный господин, еще час назад бывший на бригантине кем-то близким к богу, был доставлен в каюту и поставлен на колени. Чтобы отныне твердо знал свое место.
Чего молчим? И смотрим в глаза? Непорядок.
Легкий кивок, и стоящий за пленником здоровенный боцман со всей дури протягивает бедолагу по спине плетью.
Гримаса боли, короткий стон, но и только. Кажется, не понял.
Еще один кивок, короткий свист и новый удар.
Вновь стон и молчание.
А он крепок, этот бывший капитан. Линч знает, как это больно. И не только телу.
— Тебе придется научиться смирению. Если хочешь жить.
— Кто сказал, что я хочу жить? Погибну — семья получит компенсацию. Смирюсь — не получит ничего.
— Какой груз? Куда следовали?
Взгляд пленника по-прежнему тверд, как будто это и не он стоит на коленях с разорванной плетью спиной.
— В Валенсию. Шелк, пряности и зеркала для кастильского двора.
Все правильно, молчать нет смысла, все есть в судовых документах.
Богатая добыча. Будут проблемы со сбытом, такой товар продать непросто, если хочешь остаться в тени. Но возможно, когда знаешь, с кем иметь дело. Теперь главное — люди. Точнее, вот этот человек. Остальные — так, песок, галька для балластных мешков. Будут корячиться на новых хозяев, пока не сдохнут. А этот — нет. Сдохнет, но рабом не будет. Мстителем, если ему повезет, станет беспощадным, а рабом — никогда. Линч знает, сам такой.
— Жить хотите?
— Да.
— Предлагаю место своего старшего помощника.
Пауза. Ну же, ну! Соглашайся!!
— Нет.
Побледнел, но взгляд твердый, губы сжались в тонкую линию. Мужчина решение принял. Жаль.
Легкое движение даже не рукой — кистью. Боцман легко поднимает пленника, выводит на палубу. Короткий вскрик, бульканье из перерезанного горла и всплеск за бортом — команда бригантины должна знать, что пощады не будет. Или беспрекословное послушание, или смерть.
— Боцман, проверить комплектность гребцов, если не хватает — посадить за весла пленных. И вперед! Штурман, курс на Каир!
— Прошу прощения, капитан…
Квартирмейстер? А этому что надо? Его дело — делить добычу, следить за казной. И докладывать галлийцам, этого не отнять. Соглядатай, навязанный вместе с корсарским патентом.
— Слушаю.
Наклонился к самому уху, зашептал так, что слюни полетели на капитанскую щеку. Сразу захотелось утереться, жаль, что нечем.
