В багряной радуге моря из-за горизонта не видно ничего, кроме черного песка и холодных звезд. Пустота проплескивает в воздухе как океан без волнений. Оставленные дрова напоминают палатку потерявшей путника, аккуратность поленницы — тщетная попытка укрыться от вечного небывалого мира....
Но хладнокровно утопить больше полутысячи человек, пусть и заслуживших смерть?
Вновь повернулся к капитанам.
— Найти Хафтара, оставить привязанным к мачте. Живым! И способным к разговору. Команды загнать в трюмы, спустить трапы. Через полчаса высажу призовые команды, если Хафтара не будет или хоть одна сволочь найдется на палубах, на куски вас будем резать. И мясо жрать заставим. Ясно? Время пошло!
Поверили? Поверили, потому что сами именно так бы и поступали. Для них — обычная процедура.
Когда на галеры осторожно, каждое мгновение ожидая нападения, поднялись моряки Линча, чтобы сесть за весла, они не увидели ни одного пирата, кроме крепко привязанного к мачте Хафтара, бешено вращающего глазами и в кровь искусавшего губы, — эта сволочь, как оказалось, очень хотела жить.
"А чтобы и дальше чувствовать себя в безопасности, маги попросту усыпили всех в трюмах, включая вечных спутников моряков — судовых котов и корабельных крыс. На три дня. Не смертельно. Хотя, если кто и сдохнет, так туда ему и дорога, мир только чище будет.
* * *15. Песня на стихи Павла Когана.
16. Поворот оверштаг — маневр, при котором корабль пересекает линию ветра носом.
Глава 31
Итак, тунисский паша в своих, воспетых ручными акынами, доброте и милосердии назначил к разграблению три города, для чего снарядил три эскадры, собранные из пиратов всего Средиземноморья. Марсель, Тулон и Монпелье.
Что происходило в Марселе и Тулоне, де Камбре не знал. А к устью реки Орб фрегат «Внимательный», бригантина и шебека, в сопровождении на скорую руку отремонтированных галер, подошли с небольшим опозданием, второго августа.
В солнечный полдень, под грохот канонады, раздававшейся где-то вдали от побережья. Вокруг устья полукругом стоят на якорях полдюжины шебек. Грамотно стоят. Хотя пираты и уверены, что опасаться им нечего, но к отражению нападения с моря готовы.
Полдюжины — это больше сотни орудий. Пусть и шестифунтовых, неспособных проломить обшивку фрегата, но при выстреле более-менее дружным залпом готовых лишить хода и управления любой корабль, что решится на атаку.
Наконец, попросту сбежать, если тот окажется слишком силен.
Но над грот-мачтой фрегата поднят черно-белый флаг.
