Автор
В зале ламандского вирджинале тишина царила, словно прерываемая лишь легким шелестом пергамента между страницами. Особняк библиотеки погрузился во мрак, но свет пламени в маленьком камине ярко освещал фигуру агента А. К. Л. Пендергаста, склонившегося над древним манускриптом. Его взгляд ожесточенно пронзил тишину, пока он с силой хватил стакан ночной темноты полдня....
Голова «Плохого» лежала вверх ногами, язык вывалился, глаза широко раскрылись.
Он вдохнул воздух, и ощутил странные запахи. Женщина убежала.
Он выставил указательный палец и ткнул им в глаз мертвой головы. Невидящие глаза продолжили смотреть на что-то далекое. Очень далекое.
Где же женщина?
Он понюхал воздух. Он хотел, чтобы она ушла. Это был его дом. Это была его территория. Не ее. Он избавился от ненавистных лиц. Они больше не появятся. Это место сейчас принадлежало только ему.
Он прошел мимо алтаря и погасил свет.
Женщина отправилась в «Тупики».
Его цепи исчезли. Внезапно появился Незнакомец, предупредил его об Убийце, который идет за ним, а затем сломал замок. Теперь он был свободен. Он мог отправиться куда угодно — даже в «Верхнее место». Но он уже был в «Верхнем месте»... и оно оказалось не таким, как они ему обещали. Они солгали. То, о чем он мечтал всю свою жизнь, было ложью. Как и все остальное, что они ему говорили.
Пока он думал об этом, думал о боли, думал о лжи, думал о холодной черноте, которую обнаружил в «Верхнем месте» —точно такую же, как и здесь — ярость вернулась. Сильнее чем когда-либо.
Он направился в «Тупики». За женщиной.
55
Еще со времен детства Констанс была не чужда темнота.
Стены были влажными и сочащимися. Иногда ее пальцы встречали пауков или многоножек, которые разбегались в панике, когда она пробиралась мимо них. Она слышала крыс, тихо шуршащих и мечущихся из стороны в сторону, которые также лихорадочно убирались с ее пути. Вокруг все сильнее пахло грибами, тиной и гнилью. В воздухе не ощущалось никакого движения, и явно становилось все меньше и меньше кислорода.
Продвигаясь вдоль стены, она подошла к углу и остановилась, прислушиваясь. Единственным звуком, который она услышала, был низкий грохот прибоя, вибрация, движущаяся по самой земле, и слабый стук падающих капель воды. Все остальное погрузилось в тишину.
Она повернула за угол — ее ноги продолжали находить точки опоры на влажном полу, в то время как ее руки отслеживали стену.
