Автор
В зале ламандского вирджинале тишина царила, словно прерываемая лишь легким шелестом пергамента между страницами. Особняк библиотеки погрузился во мрак, но свет пламени в маленьком камине ярко освещал фигуру агента А. К. Л. Пендергаста, склонившегося над древним манускриптом. Его взгляд ожесточенно пронзил тишину, пока он с силой хватил стакан ночной темноты полдня....
Теперь она поднялась с кресла.
— Я напишу записку миссис Траск и объясню, какую одежду, и какие предметы первой необходимости нужно будет оставлять в служебном лифте. Я буду принимать одну порцию горячего в день — в полдень. Ставьте открытое блюдо в лифт.
Проктор тоже поднялся и взял ее за руку.
— Констанс, вы должны меня выслушать…
Она посмотрела на его ладонь, затем подняла взгляд к его лицу, и этот взгляд заставил его немедленно отпустить ее.
— Спасибо, Проктор, что уважаете мои желания.
Поднявшись на цыпочки, она снова удивила его, легко поцеловав в щеку.
Проктор долго смотрел на то место, где она только что находилась. Это было безумием. Он покачал головой и отвернулся. Отсутствие Пендергаста бросило тень на особняк и на самого Проктора. Ему нужно было время, чтобы побыть одному и все обдумать.
Он должен был решительнее возражать против ее плана. Теперь, когда Пендергаста нет, он — Проктор — в ответе за Констанс Грин. Но он знал, что не мог сказать ничего, что изменило бы ее решение. Он уже давно узнал, что против нее у него не было оружия, хотя он когда-то считал себя человеком, способным справиться с любой напастью.
Рука в перчатке вырвалась из-за спины, обхватив грудную клетку Проктора и сжав ее с огромной силой.
Застигнутый врасплох, Проктор все же отреагировал инстинктивным резким движением, пытаясь освободиться от хватки злоумышленника, но человек ожидал подобной реакции и отразил ее.
— Любое движение неразумно, — прозвучал странный, шелковистый голос, который Проктор, будучи в глубоком шоке, узнал.
Он не двигался. Его ошеломило то, что человек — какой-либо человек — смог так легко одержать над ним верх.
