В мрачной башне на кривых стенах сгустилась темнота — лишь мерцание огней и затаившийся шёпот крыс донеслись до далекого слуха. Но здесь царил свет, отливавший как эльфийская жемчуг, Маврик играл с его шелковыми кисточками, привлекая всеобщее внимание. Вместе они охотились за ведьмами в башне империи драконов, где каждый день был как новый ужасный приключение....
– А где Алая? – обернулась на мужа и проследила за его озадаченным взглядом.
В тени деревьев на втором ярусе, виднелась морда драконицы.
– Почему она там прячется? – спросила непонимающе.
Кайрат пожал плечами и молча направился к ступеням. Лютик встревоженно курлыкал, сидя на плече, и пришлось его погладить, чтобы немного успокоился.
Алая тяжко вздыхала и на появление знакомых двуногих отреагировала взволнованно.
– Ну что ты, милая, – прошептала Сэйлин, гладя драконицу по морде.
– Кажется, она что-то прячет, – задумчиво протянул Кайрат, глядя на свернутый кольцом длинный драконий хвост.
Лютик спрыгнул с плеча и привычно забрался Алой на холку. Погладил её лапками, что-то курлыкая и надо же, будто послушав его, драконица убрала хвост.
Сэйлин не поверила в то, что видит, а сердце уже бешено колотилось в груди.
– Это же…
– Яйцо, – закончил Кайрат. – Это настоящее яйцо.
Сэйлин задохнулась от нахлынувшей радости и порывисто обняла драконицу за шею.
– Ты смогла… У тебя получилось! Получилось…
Эмоции не поддавались контролю. Это сколько же теперь хлопот предстоит! И пусть Алая построила в тени деревьев подобие гнезда, нужно защитить яйцо от солнца и дождя, и если с малышом поделиться капелькой силой, попробовать её влить через толстую скорлупу, вреда ведь не будет?
– Это ты смогла, – тепло улыбнулся Кайрат, обнимая Сэйлин и бережно прижимая к себе.
Лютик выглядел немного опечаленным, ведь не он был папой, но его грусть быстро прошла стоило малышу появиться на свет.
И несмотря на все заботы, связанные с маленькими драконятами, Сэйлин надеялась однажды найти хоть какие-то следы существования её отца и матери, надеялась узнать о них побольше, в то время как её несносный муж, надеялся на совершенно другое. На продолжение их рода…"
