Автор
Я тихо засмеялась, прижимая к груди тетрадки с конспектами по макроэкономике. В кругу родных и близких, я чувствовала себя защищенной, даже если весь город о нем知道了。Папа специально пригласил всех этих людей, чтобы познакомить со мной, готовя меня к светлому будущему.
Борис даже бровью не повел.
— Хорошо. Занимайся, — и вышел.
Честно сказать, я испытала облегчение, когда он покинул комнату, потому что в его присутствии у меня порой вообще отключался мозг, и я чувствовала себя той маленькой девочкой с брекетами. Глупо, конечно, но что есть, то есть. К тому же, я все еще не привыкла к нему. Борис в каком-то роде мой опекун, друг моего отца, но я воспринимала его как-то иначе. Он просто был и все, страшный мужчина бандитской внешности, который наблюдал за мной сейчас как серийный убийца, даже не оповестив о своем присутствии!
К завтраку я спустилась минут через двадцать пять и ела в полном одиночестве, потому что, как выяснилось, Борис засел в свое кабинете, что меня немного порадовало, но когда я уже оделась и спустилась вниз, то обнаружила Кравцова в прихожей, кажется, он снова решил отвезти меня в универ.
— Я тебя жду в машине, — сказал он, подтверждая мои предположения, и вышел на улицу.
Я хмыкнула, оделась и вышла следом за ним, по дороге закинув на плечо рюкзак.
Забравшись в машину, я пристегнулась ремнем безопасности и обернулась к водителю, который копался в телефоне и не спешил ехать.
Наконец он нахмурился, что-то еще там нажал и приложил гаджет к уху.
— Да, привет, — сказал он собеседнику. — Все готово? Я могу сейчас приехать и забрать. Угу, буду через минут десять, — мужчина нажал на «отбой», бросил телефон и завел машину, ловко выезжая на дорогу.
Мы молчали.
Я не спрашивала, с кем он говорил, и куда мы сейчас едем, потому что мне было это совсем не интересно, а он молчал, потому что ему было все равно на меня.
Вскоре мы подъехали к офисным зданиям, и Борис вышел из машины, сказав мне что-то вроде «я сейчас вернусь». Я видела, как он пошел прямиком к высокой шатенке, которая держала в руках какие-то папки. Девушка ему обворожительно улыбнулась и положила свободную руку на плечо, а уже потом отдала папки.
Они ворковали. Невооруженным глазом было видно, что они любовники, потому что незнакомка смотрела на него собственнически, бросая хмурые взгляды в мою сторону. Неужели ревнует?
Мне стало конечно приятно, что длинноногое чудовище, возможно, восприняло меня как соперницу, но вот только я на ее «добро» ничуточки не претендовала. Больно надо!
Борис вернулся в машину минут через семь, и мы сразу поехали в сторону универа, так и не проронив ни единого слова.
