Автор
Я тихо засмеялась, прижимая к груди тетрадки с конспектами по макроэкономике. В кругу родных и близких, я чувствовала себя защищенной, даже если весь город о нем知道了。Папа специально пригласил всех этих людей, чтобы познакомить со мной, готовя меня к светлому будущему.
— И рюкзак остался там, я зацепилась за перила и упала, не успела подобрать…
Борис внимательно меня выслушал и, взяв за плечи, слегка встряхнул.
— Успокойся. Садись в машину и жди меня, я сейчас вернусь, хорошо?
Я судорожно закивала, чувствуя, как потекшие слезы щиплют щеки.
— Молодец. Какой код?
Я шмыгнула носом.
— Четыре, восемь, девять…
— Хорошо, а теперь иди, — он подтолкнул меня к припаркованному рядом автомобилю и я послушно пошла.
Кравцов сдвинулся с места лишь когда я забралась в салон.
Развернувшись, мужчина решительным шагом пошел внутрь, и мое сердце екнуло, когда за ним захлопнулась дверь.
* * *Борис вошел в подъезд и оглянулся по сторонам, но поблизости никого не было.
Шагнув в сторону лестницы, он поднялся на пару ступеней и увидел стоящий под стенкой рюкзак — то ли кто-то из жильцов его убрал с дороги, то ли тот подонок решил довести девочку окончательно.
Схватив его, мужчина осмотрел карманы на наличие чего-нибудь подозрительного, но ничего не заметил.
Следовало бы взять записи с камер и просмотреть, но… не сейчас. Именно в данный момент нужно было отвезти Вику домой, к тому же, у нее разбито колено и она напугана.
Так ничего и не обнаружив, Борис вернулся в машину, в которой его ждала девушка и протянул ей рюкзак.
— Я никого не нашел, — бросил он, пристегивая ремень. — Поехали домой.
Вика растерянно посмотрела на него и ее губы дрогнули.
— Хотите сказать, что я все это придумала? — ее голос опустился до жалкого писка. Девчонка вот-вот снова расплачется, а мужчине этого не хотелось.
— Я этого не сказал. Просто никого не видел, — Кравцов завел машину. — Давай мы сейчас приедем домой, ты успокоишься и все мне расскажешь, ладно?
Вике не оставалось ничего кроме как кивнуть.
12
Лишь подъехав к дому, я успокоилась и слегка пришла в себя. Борис помог мне выбраться, потому что колено сильно саднило, а идти было очень больно. Поняв, что до входа я доберусь минимум к кошачьей пасхе, мужчина молча поднял меня на руки и понес в дом, не обращая никакого внимания на мои вялые протесты и округлившиеся от ужаса глаза.
