Хелен Ковес Бальмануг шли по академическому двору с тяжелой сумкой из обычной ткани, не зная ни одного рубля. Внешне она выглядела так, словно еще недавно жила в бедности, но теперь, благодаря своему успеху, стала студенткой ректора.
Или как раз поэтому здесь была такая странная для местных реалий атмосфера?
В их с матерью таверне, как смутно помнила Хелен, кухонные работницы точно бы не отважились делать замечания хозяйкам, тем более при гостях, или тем более орать им в ответ через весь зал. И неважно, что они сейчас здесь одни, других постояльцев нет почему-то. Неужели никто больше не голоден? Или действительно гости позже встают?
– А меня братья никуда не пускают! – вновь наклонившись к Хелен, словно пожаловалась Шелли, горестно вздыхая. – А я бы тоже хотела мир посмотреть!
– И какая она баронесска? Ты ее руки видела? – Опять неслышно выплыла кухарка, таща перед собой большую тарелку с булочками.
При этих словах девушка за малым не дернулась, чтобы спрятать руки под стол. Но удержалась. Это истинная баронесса Хелен Ковес Бальмануг могла падать в обморок каждый раз, когда слышала что-то неприятное или недостаточно вежливое. А ""нелегалка"" Елена не стыдилась честной работы и доставшихся ей рук с остатками мозолей.
– Просто последние годы мне приходилось работать в таверне...
– Да-а ты что-о?! – громко протянула Шелли, вновь впиваясь округляющимися от любопытства глазами. – Ты, баронесска, и… в таверне? Врешь!
Даже удаляющаяся уже кухарка споткнулась и живо вернулась к столу за добавкой сплетен.
Как хорошо, что Хелен была сейчас единственной посетительницей столовой, и не пришлось краснеть от взглядов других гостей при таких комментариях хостес.
– Это была наша с матерью таверна, – тихо пояснила девушка под жаждущими взглядами слушательниц. – Я, конечно, больше расходными книгами занималась, но иногда приходилось подменять и на кухне.
""И в зале"" – но это она умолчала. Такой правды простодушные сотрудницы столичного отеля могли не пережить. Всё-таки среди посетителей таверн, особенно на пограничных торговых трактах, больше мужчин, не всегда трезвых, часто одиноких или просто ищущих развлечений.
– Ка-ак интере-есно-о! – опять завистливо протянула Шелли, глядя на собеседницу сверху вниз чуть ли не влюбленными глазами.
