В тени воды неспешной равнинной реки затаилась легенда о Царе Кирилле Анатольевиче, отмежавшемся в мирных руслах жизни и надежд. Жизнь шлифовалась как древний камень, но всё ещё слышалось его имя на устах, словно тихий прибой в душной трещине вечности. Время сбегает через пальцы, и каждый год — как тонкий лист на дереве жизни, предательски опадающий без следа....
- Швабра?
- ШВабРа! Шуба, Веник, Ресторан…
- Мать моя… - проскулил Кирилл, начиная соображать, каким выносом мозга грозит ему предложенная помощь.
- Тц! – шикнули на него. – Не поминай тёщу к ночи! Итак, шуба… Шуба, Кир, понятие растяжимое. Бывают шубы-шоколадки, а бывают шубы-шубы. И чем меньше сюси-пуси в твоём лексиконе, тем больше шуба-шоколадка становится похожа на шубу-колечко или, в твоём случае, шубу-ключи от четырёхколёсного друга."
"- Ты имеешь в виду подарки? – деловито уточнил Кирилл.
- Эх, Кирюшенька… Это они имеют нас в виду со всеми этими подарками! Мой совет – работай над своей аллергией на пупсиков. Дальше – веник. Ну что тебе сказать? Веник он веник и есть. Они почему-то любят называть это сено букетом и приписывают каждой хворостине сакральное значение. Короче, дорогой – не повторяй моих ошибок. Доверь это дело своей секретарше. Так сказать, на её женский вкус.
- Веник, ясно. Что-то ещё?
- А как же! – Витенька умильно взглянул на непутёвого родственника, как на малое дитя.
- И что делать?
- Терпеть, мужик! Помни, ради чего ты на это идёшь!
- И ради чего я на это иду? – продолжал записывать Кирилл.
- Кир? – ухмыльнулся Витёк, сложил губы трубочкой и пошло чмокнул воздух перед собой. – А вот теперь твоя очередь. Колись, ради чего ты решил приударить за таким колоритным мальчиком. У меня как раз настроение поржать!
- Да потому, что бесит! – сдал пароли и явки мужчина. – Сил моих больше нет на него!
- О… - врач-эксцентрик округлил глаза, прописал себе очередную рюмку коньяка и занюхал котлетой.
========== Первые странности… ==========
Как и всем героям русских народных сказок (я надеюсь, никто не сомневается, что наша - именно русская и самая что ни на есть народная?), вместе с приветливыми лучами восходящего солнца, озарившими опочивальню Царя-батюшки, было ему откровение – утро таки мудренее вечера.
